Эддрик, в отличие от Риэля, хоть и не смущающегося, но не разглядывающего откровенно, вел себя свободней и раскованней, с любопытством оглядывая части тела, скрытые под водой.
- У тебя неплохое тело, - говорит Эддрик. Они все втроем часто путаются, переходя то на «ты», то на «вы».
- Старался для удовольствия будущего супруга.
Эддрик весело фыркает, игнорируя серьезный тон Кисиля.
- Думаю, и ты не останешься слишком недовольным.
- Посмотрим, - пожимает плечами граф.
- Что ж, сегодня, пожалуй, пора спать, - подводит герцог черту.
Супруги уходят, оставляя Кисиля в одиночестве. Граф был не таким уж неженкой и считал, что можно обойтись без соблюдения традиций, и позвать его третьим в кроватку.
Взрослые же люди, но раз нет, то настаивать он не будет. Кисиль откинулся на бортик кровати, прикрывая глаза. Сегодня он слишком устал, чтоб сожалеть о не случившемся сексе.
Утром граф просыпается слишком рано, несмотря на то, что лег глубоко за полночь. Тори еще спит, и Кисиль его не будит, давая мальчишке поспать. Он же не монстр какой-то, чтоб издеваться над юным организмом. Граф в состоянии одеться сам.
Тихо выскользнув в коридор, Кисиль останавливается, прислушиваясь к звукам дома. Доносятся крики со двора, хлопает дверь.
Кисиль спускается на кухню.
- Доброе утро, господин, - кланяются слуги.
- Завтрак?
- Желаете завтракать отдельно от герцога и господина мага?
- А они уже завтракают?
Удивленный Кисиль входит в столовую. Супруги уже сидят за столом. Риэль брезгливо ковыряется в тарелке, Эддрик завтракает мясом. Оба до отвращения бодры и свежи.
- Кисиль, не ожидал так рано тебя увидеть, - улыбается Эддрик.
- Вы куда-то собираетесь, герцог? – Кисиль кивает на выходной костюм, отмечая, что и маг одет для прогулки.
- Да, у меня деловая встреча, а Риэль встречается с давним другом. Вы найдете, чем себя занять, мой дорогой?
- Не сомневайтесь, - улыбается Кисиль.
Глава 16.
Граф Глиссер, получив почти полдня свободного времени, посвящает его встрече со своим другом.
Виктор Лурье ждет его в неприметной таверне, заняв место в дальнем углу, укрытым за столом с шумной компанией, которая, похоже, празднует что-то еще со вчерашнего вечера, не покидая пивнушку.
Вик вяло ковырялся в большой глиняной чашке с жарким, от которого остро пахло пряными травами. Кисиль только поморщился, велев мальчишке из обслуги принести кувшин вина.
- Как успехи? – спрашивает Вик, когда мальчик, получив монетку за расторопность, скрывается в другом конце зала.
- Неплохо, - улыбается граф, отпивая вина.
- Я должен отправится с докладом к Лишеру. Что передашь?
- Ну как, - фыркает Кисиль, - скажи, что все идет согласно плану. Есть почва для разработки.
- Это все понятно, - соглашается Вик, отодвигая от себя пахучую чашку и наливая вина, - а не для протокола, что думаешь?
- Нашел неокрепшие умы, которые можно подтолкнуть в нужном направлении.
- У нас не десятки лет, - поджимает губы Вик, - нужно закончить все как можно скорей.
- Ну не за два дня же, - хмурится Кисиль в ответ. – Не переживай, я уеду из страны, пылающей гражданской войной.
На красивом аристократическом лице появляется холодный прищур, а губы искривляются в противной ухмылке.
- Что будет с твоей семьей?
- Лишер же обещал, что брак фиктивный? – ничуть не переживая отзывается Кисиль. - В чем ты видишь проблему?
- Ты считаешь, что сможешь провернуть все так, что никто не заметит твое причастие?
- Вик, ты к чему ведешь, я не пойму? Заметят или нет – неважно. Я же уеду, - небрежно пожимает плечами граф Глиссер.
- А что будет с герцогом и его мужем?
- Без понятия, - отзывается Кисиль, - в моем задании не стояло беспокойство об их благополучии.
- Ты пустишь их в расход?
- Что за глупые расспросы? Если у короля возникнет необходимость, кто-то должен будет ответить за бардак в стране. А вообще, я думаю, Генриху будет не до того, чтоб разбираться, кто виноват. Да и лишиться поддержки денежного кузена будет неподходяще в момент войны.
- Тебе все равно, да?
- Зачем ты спрашиваешь о том, о чем и так знаешь?
Кисиль покидает встречу сердитым. Все эти проявления мягкосердечности и справедливости, которые посещают Вика с возрастом все чаще, порядком раздражают его и всегда непременно портят настроение. Странно, что живя в торговой стране, Вик не понимает того элементарного факта, что выживает сильнейший.
На встречу с Октавианом, о которой он испросил лорда Пьюри, Кисиль прибывает чуть раньше необходимого. Немного невежливо, но пусть мальчишка считает, что Кисиль стремится к общению с ним.
На самом деле, конечно, граф Глиссер планировал подольше задержаться в компании друга, но тот начал вести пустые разговоры, и Кисиль торопливо откланялся, спеша избежать зарождающегося спора. Здесь, вдали от родины, где только Вик был единственной его ниточкой, Кисилю было невыгодно ругаться с соотечественником. Кто знает, чего он может наплести Лишеру в порыве обиды.
С Октавианом он встречался не в забегаловке, затерявшейся среди узких улочек, как с Виком, а в дорогом ресторане, расположенном на одной из центральных улиц столицы.
