Семья Тибо. Том 2 полностью

— Нет, дорогой мой, не рассчитывайте на то, что мы сможем отказаться от своих обязательств. В настоящий момент нашей внешней политикой руководит господин Вертело. Пока он остаётся на этом посту и пока за ним стоит господин Пуанкаре, не сомневайтесь, что верность наша союзному договору не будет поставлена под вопрос. — Он поколебался. — Говорят, это было ясно видно на заседании совета министров, которое последовало за неслыханным предложением Шена…

— Тогда, — вскричал с раздражением Антуан, — раз нет никакой возможности избавиться от русской опеки, надо заставить Россию соблюдать нейтралитет!

— А как это сделать? — Рюмель смотрел на Антуана в упор своими голубыми глазками. — Может быть, теперь уже и поздно… — прошептал он.

Затем, после минутного молчания, заговорил снова:

— Военная партия в России очень сильна. Поражение в русско-японской войне оставило у русского генерального штаба горький осадок и стремление взять реванш; к тому же они до сих пор не примирились с камуфлетом, который им устроила Австрия, аннексировав Боснию и Герцеговину. Такие люди, как господин Извольский, — между прочим, он сегодня должен прибыть в Париж, — и не скрывают, что хотят европейской войны, чтобы расширить границы России до Константинополя. Они предпочли бы отсрочить войну до кончины Франца-Иосифа, а если возможно, то до 1917 года, но что же делать, если случай представился раньше… — Он говорил быстро, задыхаясь, даже вид у него стал вдруг подавленный. Морщинка озабоченности пролегла между бровями. Казалось, с лица его спала маска. — Да, дорогой мой, по совести говоря, я начинаю отчаиваться… Сейчас, перед вашими друзьями, мне, конечно, пришлось хорохориться. Но на самом-то деле всё идёт из рук вон плохо. Так плохо, что министр иностранных дел не стал сопровождать президента в Данию и уговорил его вернуться во Францию кратчайшим путём… В полдень вести были дурные. Германия, вместо того чтобы с готовностью согласиться на предложение сэра Эдуарда Грея, виляет, придирается ко всяким мелочам и, видимо, старается сделать всё, чтобы провалить совещание по арбитражу. Но действительно ли она стремится обострить положение? Или же отвергает мысль о совещании четырёх, ибо заранее знает, принимая во внимание натянутость австро-итальянских отношений, что на этом судилище Австрия будет неизбежно осуждена тремя голосами против одного?… Это ещё наиболее выгодное для неё предположение… и, пожалуй, наиболее вероятное. Но тем временем события развиваются… Повсюду принимаются меры военного характера…

— Военного?

— Ничего не поделаешь: все государства, естественно, думают о возможной мобилизации и на всякий случай готовятся к этому… В Бельгии уже сегодня состоялось под председательством де Броквиля[120] чрезвычайное совещание, очень похожее на превентивный военный совет: предполагается перевести из запаса на действительную службу резервистов трёх возрастов, чтобы иметь под ружьём на сто тысяч человек больше… У нас то же самое: сегодня утром на Кэ-д’Орсе было заседание кабинета министров, где пришлось из осторожности, обсудить вопрос о подготовке к войне. В Тулоне, в Бресте корабли сосредоточиваются в портах. В Марокко послано телеграфное распоряжение незамедлительно погрузить на суда пятьдесят батальонов чернокожих войск для отправки во Францию. И так далее… Все правительства одновременно вступают на этот путь, и, таким образом, мало-помалу положение ухудшается само собой. Ибо в генеральном штабе нет ни одного специалиста, который не знал бы, что раз уж приведён в действие дьявольский механизм, именующийся всеобщей мобилизацией, то просто физически невозможно замедлить подготовку и выжидать. И вот, даже самое миролюбивое правительство оказывается перед этой дилеммой: развязывать войну только потому, что к ней готовишься. Или же…

— Или же отменить прежние приказы, дать задний ход, остановить подготовку!

— Вот именно. Но тогда надо иметь полную уверенность в том, что в течение долгих месяцев мобилизация не понадобится…

— Почему?

— Потому что — и это тоже аксиома, бесспорная для специалистов, — внезапная остановка разрушает все составные части этого сложного механизма и на долгое время выводит его из строя. Ну, а какое же правительство в настоящий момент может быть уверенным в том, что ему не придётся в ближайшее же время снова объявить мобилизацию?

Антуан молчал. Он с волнением смотрел на Рюмеля. Наконец он прошептал:

— Это чудовищно…