– А ваша мама разве не… а, нет, это еще потом, – ухмыльнулся Микстли.
Девочки переглянулись. Вероника закусила губу, у Астрид вытянулся струной хвост.
– Давай спросим, про что он, – шепнула Вероника.
– Не!.. ты чо, ежевичина, он же специально! – объяснила Астрид. – Он хочет, чтоб мы его потратили зря! Мы спросим, про что он, а он такой: а ваша мама разве еще не ужинала сегодня? Или чо-нибудь типа того. Ну слушай, демоны же всегда так.
Микстли Сабрегул слушал их с живым интересом, слегка улыбаясь.
– Как хотите, – сказал он. – Знаете вы или нет – ни на что это не повлияет. Некоторые вещи просто предопределены своей природой.
– Он точно про ужин, – кивнула Астрид. – Мы всегда ужинаем, это предопределено.
Вероника тяжко вздохнула, но не стала спорить.
– Можно я тогда про другое спрошу? – попросила она. – Мне очень нужно. Это же я его призвала.
– Без меня бы у тебя ничего не вышло. Ты ж даже не знала, что он такой есть. Но ладно, один вопрос.
– Как мне избежать бед и несчастий, которые ждут меня в будущем? – тщательно подбирая слова, спросила Вероника. – Или будущее от меня… в общем, как сделать так, чтобы добиться наилучшего варианта развития событий и свести к минимуму возможность плохого исхода, который мне предсказал Оракул и… и Чаша Возможностей?
Она аж перевела дыхание в конце, настолько длинная получилась фраза.
– О, я знаю способ, – улыбнулся демон. – Очень простой, очень надежный. Этот способ поможет избежать самого плохого будущего… и вообще любого будущего. Можно уже сейчас.
– Кроме немедленной смерти! – поспешила дополнить Вероника.
– Это уже не считается частью вопроса, – еще шире улыбнулся Микстли. – Ответ есть, ты его произнесла сама.
– Эх, ежевичина, – вздохнула Астрид. – Я ж тебе говорила.
– Дай я еще раз спрошу.
– Девочка, я все равно на такое не отвечу, – сжалился демон. – Это слишком сложно, чтобы помочь одним-единственным ответом. Я прорицатель, а не советник по жизненным вопросам. Конечно, будущее всегда можно изменить, но даже Микстли Сабрегул не даст тебе простого решения. Кроме того, как я сказал, некоторые вещи просто предопределены своей природой.
– Неправда, – огорчилась Вероника.
– Правда, правда. Из цыпленка вырастает петух, дождь падает на землю, сгоревшая спичка превращается в золу, а люди делают глупости. Или не делают. Зависит от того, каким человеком ты хочешь быть. Задай не мне, а самой себе вопрос: что определяет человека?
– Словарь, – перебила Астрид. – Все, у вас время вышло, мои вопросы! Их всего два осталось!
– Эй, его вызвала я! – вытерла слезинку Вероника.
– Ежевичина, ты чо? – не поняла Астрид. – Договор нарушить хочешь?
– Договора не было, демон! – выпалила младшая сестра. – Стоило его озвучить! Здесь все вопросы мои, если ты не попросишь вежливо уделить тебе ОДИН!
Астрид долго-долго смотрела на Веронику, как на бунтующую табуретку. Поразмыслив как следует, она медленно сказала:
– Извини, госпожа призывательница. Можно мне задать ему один вопрос?
– Два задавай, – отвела взгляд Вероника. – Прости.
– Да нет уж теперь.
– Да задавай, задавай два!
– Да что-то уже не хочу.
В итоге они сошлись на том, что последний вопрос обдумают и зададут вместе. Как сестры.
– Но сначала спрошу я, – поспешила Астрид. – Какие будут вопросы и ПРАВИЛЬНЫЕ ответы на них в моей завтрашней контрольной по метафизике?
И она торопливо подняла кристалл Сакратида, чтобы он все запомнил.
– Ладно, диктую, – хмыкнул демон. – Первый вопрос: «Что такое метафизика и какие проблемы она изучает?» Правильный ответ: «Метафизика – это раздел философии, который занимается исследованием наиболее общих и фундаментальных вопросов бытия, таких как природа реальности, сущность сознания, существование богов, свобода воли, мораль и смысл жизни». Второй вопрос…
Ответы Астрид еще и записывала на листочке. Просто на всякий случай, потому что мало ли что.
Вообще-то, она не столько хотела вызвать этого Микстли Сабрегула (сдался он ей!), сколько поставить эксперимент. Проверить, сработает ли капризная штука ежевичины, если сказать ей только имя, а про слово призыва и сетку наврать. Сработало превосходно, и Астрид осталась очень собой довольна.
Но и контроша по метафизике, раз уж все так обернулось, ей тоже пригодится. Вопросов оказалось двадцать, и они были очень сложные. Астрид порадовалась, что проявила прозорливость и нашла изящное решение самой насущной проблемы на данный момент.
– Ой, Астрид, ты что, на это вопрос прорицателю потратила?! – ужаснулась Вероника. – Это же все в учебнике есть!
– Учебники для чечпоков, – отмахнулась Астрид. – Готовые рецепты – для победителей.
– Давайте ваш последний вопрос, – почесал под костяной шапкой Микстли Сабрегул. – Я от вас притомился. И вода остыла.
Девочки снова зашептались. С последним вопросом они не хотели прогадать, потому что обе понимали – второй раз Микстли Сабрегула призвать не выйдет. Теперь, когда Вероника знает, что сетка неправильная, а двух конфет для жертвы недостаточно.
Все-таки было гораздо проще, когда она была младше и невежественнее.
Девочки принялись спорить.
