– Ты с арборианами путаешь, – сказал Ромулус. – Это они эволюционировали из грамадеват.
– Ой, точно, – спохватился Катетти. – Моя ошибка. Но про Гильфаллерию – точно миф.
– А мне понравилось про птицу, – заметил Двеске. – Разумная и внушающая доверие гипотеза… и все же сохраняется в ней некий налет недосказанности.
– А я говорю! – обрадовалась Астрид.
– Откуда эта огромная птица? – рассуждал Двеске. – Почему она такая большая? Где она склевала это семечко? Не летала ли за ним в сальванский Чудо-Сад? Тогда понятно, почему аркропарии считают, что произошли от Гильфаллерии. Они, быть может, должны были быть ангелами, но пройдя через птичьи кишки, немного… замарались.
– Эй! – оскорбился Рфизсок-429. – Сатиры вообще были изгнаны из Сальвана!
– И это тоже миф, – заметил Катетти.
– А еще это слишком оценочно звучит, – произнес Двеске. – Мы знаем, что сатиры не живут в Сальване. Если они и спустились из Сальвана, то сами, потому что в Сальване было скучно. Тут веселее.
И он подмигнул Мелинетте и Витарии, которые тоже играли, но не в манору, а в карты. В манору пока что из всей группы умеют только два главных теребуна – Катетти и староста Ромулус. Вот и играют все время вдвоем. В прошлом году они в шахматы играли, но за лето насобачились в манору.
Ромулус-то на каникулы домой не ездил. Он свои бесплатные билеты на портал продал кому-то и половину денег родителям послал, а остальное себе оставил – на одежду и всякое прочее.
Ужас просто, какой он бедный. Но зато он на все лето остался в Валестре и тусил с Катетти.
В принципе, оно и понятно. Что ему дома-то делать? Здесь хоть кормят. И заняться есть чем, даже если денег мало. Парки и пляж бесплатные, представления всякие уличные, в гости можно ходить, да и студентам иногда всякое задарма перепадает.
А если домой поедешь, то это значит, что семья должна и тебя содержать. Вроде и радостно, что приехал, но как-то сразу лишняя обуза.
Вторым уроком сегодня были ПОСС. Классная наставница принесла на занятие брусочек корония, всем его дала подержать и расспрашивала об ощущениях, одновременно рассказывая о антимагии. Какие у нее бывают виды, как она вообще работает, как ей можно сопротивляться.
В конце первого курса они уже научились двигать маленькие предметы. Силой воли, на высшей магии. И сейчас все по очереди сначала сдвигали щепку, а потом сжимали в руке короний, и пытались сделать то же самое… но ни у кого не получалось!
– Если такой кусочек держать хотя бы в шаге от тела, вы ничего не ощутите, – говорила наставница, забравшись на парту с ногами. – Его эффект резко падает с расстоянием, так что надежней всего – прижимать плотно к телу, а еще лучше – облегать его кольцом. Кустодиан использует корониевые наручники.
– Моя сестра в детстве корониевые кандалы носила! – поделилась Астрид.
– О, кстати, у нас же тут есть демон, – вспомнила про нее классная наставница. – Посмотрим, как повлияет на тебя.
– Да никак… – самоуверенно схватила короний Астрид. – … Да ну накир!.. Я же демон!
– Колдуем мы с помощью седьмого начала, – объяснила классная наставница. – Конечно, демоном ты останешься и без корония, но магию он и тебе тоже заблокирует.
– Ужасно. И в чем тогда смысл моих привилегий?
Мэтресс классная наставница снисходительно улыбнулась. Ее нижняя губа зацепилась за верхнюю, а углы рта растянулись к самым ушам. Она протянула правую нижнюю руку за коронием, но Астрид не отдала – она упорно пыталась пересилить глупый кусок железа.
У Вероники же как-то получалось!
Кстати, о Веронике. Интересно, как она там сейчас. Астрид немного беспокоилась за свою никудышную маленькую сестричку, потому что та вечно где-нибудь косорезит. Наверняка классный наставник сейчас говорит, что произошла ошибка, что такие глупые ежевичины не должны учиться в КА, так что лучше всего позеркалить ее родителям, чтобы они немедленно забрали ее домой навсегда…
– … Духовная сила – это основа основ, – говорила классная наставница. – Она уже есть у всех вас. Но применять вы ее можете только для чего-то совсем безобидного. Самовнушение. Сны. Легкое воздействие на эфирные тела – в первую очередь, ваше собственное.
Вероника внимательно слушала. Все внимательно слушали. Маносборчество им преподавала очень высокая и очень красивая эльфийка. У нее лицо было как будто фарфоровое, а глаза и рот на этом фарфоре будто нарисовали красками. Она почти не шевелилась, только губы двигались, но когда все-таки поводила рукой или поворачивала голову – то словно и аудитория вместе с ней сдвигалась.
– По-настоящему могущественная духовная сила именуется святостью, – говорила мэтресс Мальвазия. – А если у вас есть бессмертное начало – перерождается в божественную силу или демоническую. Есть и другие ее виды, более редкие и специфические. Но нас тут интересует другой вид духовной силы. Один из ее частных случаев, который позволяет воздействовать на ману. То самое, что обычно именуют магией. Именно этому вы и будете здесь учиться. Никто из вас пока что не может управлять маной…
