Его уединение нарушил рыже-белый голубь, который спланировал прямо под ноги и с интересом уставился на нетронутую выпечку. Энви оттолкнул наглую птицу ногой. Сердито курлыкнув, голубь вспорхнул на скамейку, а оттуда — на плечо гомункула.
Не успел Энви стряхнуть с плеча одну птицу, как к скамейке слетелись ещё пернатые. Четверо голубей беспокойно закружили у скамейки, раздуваясь друг перед другом, и Энви вдруг ощутил себя совершенно беспомощным перед твердолобыми птицами, которых ничуть не смущали вибрации философского камня. Какая им разница, что вместо одного человека по факту чувствуются десятки, если у него в руках еда?
— Птиц божьих прикармливаешь? — послышался за спиной голос Ласт.
Сестра обвила руками со спины, и нос защекотал аромат орхидеи с нотками цитруса.
— Ага. Посланников бога наглости, — фыркнул Энви, небрежным движением стряхнув со скамейки рыже-белого нахала. — А что с твоей птицей высокого полёта?
— Увы, он не хочет кормиться.
Запрокинув голову, Энви посмотрел ей в глаза. Сестра и правда выглядела расстроенной.
— Он приятный собеседник, но за черту приличия не зашёл, — вздохнула Ласт, перебирая пальцами пуговицу на его груди.
У Энви отвисла челюсть. На его памяти Мустанг был первым, кто отказывал Ласт в мужском внимании.
— Да ну, не может всё быть так плохо! В смысле, он сумасшедший или слепой? Что-то я за ним не замечал ни того, ни другого.
Энви в задумчивости посмотрел на пирожок, на Ласт и протянул ей выпечку, но сестра только качнула головой.
— Кушай, кушай. Пусть хоть кто-то из нас сегодня порадуется.
— Порадуется, да, — хмыкнул Энви, наблюдая за пернатыми, которые бродили у скамейки в ожидании подачки. — Прикинь, мелкий сегодня целую схему провернул, чтобы со мной договориться. Припёрся ко мне в слова играть, а потом как начал предложениями на листе строчи… Вон пшёл! — он махнул ногой на голубя, который недвусмысленно таращился на колени. — Так вот, ты слушаешь?
Она кивнула, зарываясь пальцами и носом ему в волосы, но почти сразу же отстранилась.
— Табаком пахнет, да? — понимающе усмехнулся Энви и разломал пирожок пополам, чтобы добраться сразу до яблок. — Это всё Хавок. Мне хватило просто рядом с ним побыть после его перекура. Он из шайки Мустанга, курилка тот ещё. И дурилка тоже. Картонная. По крайней мере с виду, так не знаю. Так вот, про мелких. Им нужны книги по алхимии. Я бы без проблем им всё передал, только за ними же Мустанг бдит… И мне он пока не очень доверяет. И я без понятия, что с этим делать.
— Не торопись. В конце концов, Назначенный День не завтра и не через месяц. Успеешь ещё расположить его к себе.
Энви ответил не сразу. Сладкие яблоки с корицей таяли во рту, и ему хотелось растянуть удовольствие.
— Я ему жизнь спас ещё в поезде, Ласт. Одно другому не мешает, как видишь.
— Дай ему прийти в себя после поездки, — сестра отщипнула немного от его выпечки и бросила крошки голубям. Птицы кинулись к подачке все разом. — А книги передай где-нибудь в другом месте. Если вокруг будет много народа, Огненный не успеет за всем уследить.
Энви присвистнул, про себя жалея, что не додумался до такого просто выхода сам.
Двое голубей вцепились друг другу в шеи, закружились на месте, хлопая крыльями по ботинкам. Драка сопровождалась яростным гудением.
— И ещё, Энви.
— Дась? — откликнулся он, наблюдая за голубиной дракой. Побеждала птица, которая габаритами и цветом больше походила на ворону, чем на голубя. Рыже-белый сновал рядом с ними, торопливо склёвывая крошки.
— Я страсть как хочу прогуляться среди такой толпы.
Энви кивнул, усмехнувшись. Ласт прекрасно знала, как поднять ему настроение и при этом только выиграть. Она могла обратиться к любому из своих кавалеров, и те сочли бы за честь бросить к её ногам пропуск в самые дорогие заведения, но Ласт выбрала его. Энви мог ей отказать, но они оба знали, что этого не случится.
— Будет тебе и толпа, и веселье. М-м, кстати, про развлечения. Я тут узнал, что Глаттони в Ишвар отправляется. Ты с ним или остаёшься тут?
Энви говорил с напускной небрежностью, а сам косился на Ласт. Сестра снисходительно улыбнулась.
— Прайд согласился присмотреть за ним.
— О? — Энви ненадолго даже про еду забыл, настолько его удивила эта новость. — Не поэтому ли… Ну, Расс сегодня немного не в себе был, знаешь? Интересно, он там Глаттони не покромсал часом, когда я ушёл?
— Энви, наш фюрер умеет держать себя в руках, — ему показалось, что сестра говорила с лёгким недовольством. — Он не станет обижать своего брата из-за плохого настроения.
— Как скажешь.
Энви не хотелось портить момент спором. Он по-мальчишески болтал ногами, расправляясь с оставшейся половиной пирожка, и думал о том, что всё в целом сложилось очень даже неплохо. Ласт оставалась в Централе, Прайда наконец припрягли к делу. Правда, Рассу из-за этого досталось от приёмного сыночка, в чьи обязанности не входила слежка за Глаттони. Жаль, что такое зрелище пропустил. Не каждый день увидишь, как грызутся двое самых «образцовых» отпрысков Отца.
