– Сегодня ночью я вступаю в законный брак с богиней Дианой! Я, главный жрец и Царь Леса, стану богом!
Он наклонился к сестре и шепнул:
– Сейчас ты её увидишь! – а затем схватил сестру за руку и потянул в храм.
В центре круглого помещения, выложенного серыми плитами, находился бронзовый алтарь, за ним у стены возвышалась мраморная фигура молодой женщины в греческой тунике. На голове – венец из сплетённых волос, вместо заколки – полумесяц, в руках она держала лук с натянутой тетивой, из-за правого плеча выглядывал колчан со стрелами. У ног статуи возлежала собака, которая преданно смотрела на богиню – собака охотничья, поскольку ночью Диана дарит свет луны, а днём покровительствует охотникам и порой сама принимается за охоту.
Агриппина посещала храмы богини, но культ богини, хранящей девичью чистоту и невинность, не привлекал. Поэтому она не знала, что отвечать брату.
Её молчание он воспринял по-своему – как немой восторг – и, довольный произведённым впечатлением, приобнял за плечи.
– Ты устала, – сказал Калигула участливо. – Прокул покажет, где отдохнуть. К началу праздника разбудит. Ты не пожалеешь!
Агриппина направилась прочь из храма лесной богини, но внутреннее убранство помещения, показанное Прокулом, тоже напоминало о лесе. Полы из досок, деревянные панели на стенах и балки на потолках; мебель из массива дуба; кожаные покрывала; развешанные по стенам шкуры и головы животных, добытых императором; дорогое охотничье оружие. На полу – чучела зверей. Очаг – прямо в зале.
Агриппина увидела кровать с бронзовыми медвежьими лапами вместо ножек. Прилегла, но заснуть мешала мысль: «Зачем я понадобилась брату?»
От громкого окрика Прокула Агриппина вздрогнула, открыла глаза, сразу не поняв, где находится и что с ней происходит…
– Пора. Иди к озеру.
Территория резиденции погрузилась в кромешную тьму за исключением дорожки с зажжёнными факелами. За колеблющейся гранью света в лесу суматошно метались тени, приглушённо шумели листвой деревья. Дорожка вела к озеру, напоминавшему о себе редкими порывами влажного ветра.
Внизу Агриппина разглядела брата; он сидел на широком срезе дерева, покрытом звериной шкурой. Два гвардейца находились рядом, охраняя императора на «троне». На воде вблизи берега виднелись тёмные силуэты нескольких лодок. На поверхности озера, словно в огромном зеркале, отражалась луна, превращая окрестности в нереальный мир.
На голове брата Агриппина заметила венец из ветвей и листьев дуба. Калигула обернулся на шаги и, как ей показалось, оживился:
– Сестра, ты выспалась? – Он показал на пень рядом с собой. – У меня сегодня без дворцовых церемоний. Я обещал показать тебе удивительное зрелище? Непременно увидишь! – с этими словами император притянул сестру за руку и усадил.
Со стороны храма послышались звуки флейт. Показалась процессия полуобнажённых людей в шкурах оленей, медведей, волков, кабанов. На лицах – звериные маски, на головах – рога. Держа в руках горящие факелы, эти люди явно шли не просто так, а сопровождали фигуру. Когда процессия приблизилась, Агриппина узнала «Диану». Богиня как будто только что ожила, сошла с пьедестала ради того, чтобы предстать в узнаваемом обличье перед Калигулой.
Впереди «Дианы» грациозная лань, словно в мистическом танце, перебирала тонкими ножками; на голове – венок из трав, в знак добрых вестей от богини. Рядом с «Дианой» собака, которая время от времени преданно заглядывалась на живую статую в окружении девочек в белых накидках. Нежные голосочки выводили песнь: «Ты, Диана, Ясный свет небес! Родила тебя мать у маслины на Делосе для господства средь высей гор и лесов зеленеющих, и ущелий, и тайных мест, и потоков рокочущих. Ты, царица звезд, о Луна младая, девушкам внемли! Да воздается тебе, и поклоненье тебе будет вечно!»
Процессия достигла берега озера, после чего «Диана» прошла мимо императора и остановилась у воды. Музыка и хор «дев младых избранных» смолкли. «Звериная свита» попадала на землю, будто в изнеможении.
Из темноты возникали другие персонажи праздничного действия. Появились молодые нимфы, лесные обитательницы, похожие друг на друга как все дети природы: с обнаженными гибкими телами и длинными волосами. Кожа сверкала белизной, на головах – венки из веток. С чарующим смехом нимфы побежали к «повелительнице», окружили и начали раздевать: забрали лук и колчан со стрелами, отстегнули застёжку на плече, после чего ткань упала на землю, развязали шнуры на кожаных сандалиях. Затем приступили с пением обмывать ноги водой, набирая из озера пригоршнями.
Агриппина с напряжённым вниманием наблюдала за происходящим и в какой-то момент поймала себя на мысли, что поверила: облитая лунным светом «Диана» выглядела настоящей богиней! Сестра посмотрела на брата и по выражению его бледного лица поняла, что он первый, кто воспринимает всё всерьёз…
Нимфы оставили «богиню» и повернулись к Калигуле. Он вскочил с места, подошёл. Лесные создания, продолжив пение, начали раздевать императора. Обнажившись полностью, Калигула взял «богиню» за руку и с торжеством победителя громко воскликнул:
