Доктор вернулся к машине, дал задний ход и въехал в открытые ворота. Он уже подъезжал к парадной двери, когда заметил огни припаркованного у дома автомобиля, и едва успел вовремя затормозить. Заглушив мотор, он вылез на землю и зашагал к дому, минуя при этом освещенное окно. Чужой автомобиль был пуст. Доктор поднялся по ступенькам к парадной двери, из-за которой тоже выбивались лучи света. Пошарив немного перед собой, он отыскал кнопку звонка. Туман сгустился еще больше. Стоя на лестнице, доктор вглядывался в белесую мглу, но не мог различить ничего, кроме огней незнакомой машины и собственных фар. Казалось, дом стоит в недостижимой дали, в полной изоляции от мира.
Дверь тем временем не открывалась. С растущим нетерпением доктор позвонил еще раз, а через минуту снова надавил на кнопку и не отпускал так долго, что, казалось, дребезжание звонка должны были услышать в самом отдаленном уголке дома. Однако и теперь на призыв никто не ответил. Между тем освещенные окна и машина, стоящая в ожидании пассажира, ясно указывали на то, что в доме кто-то есть. И доктор снова принялся трезвонить.
Когда замерли последние отзвуки долгой трели, доктор шагнул вперед и прижал ухо к двери, пытаясь уловить хоть какое-то движение в недрах дома. Поначалу ничего не было слышно, но вдруг внимание его привлек звук, похожий на приглушенный кашель. Доктор заколебался лишь на секунду, прежде чем принять решение.
«Что-то чертовски странное происходит в этом доме, — заметил он про себя. — Полагаю, официально это считается взломом, но если дверь не заперта, мне стоит войти и взглянуть, в чем там дело».
Дверь распахнулась, как только он повернул ручку, и доктор осторожно шагнул внутрь. В глубине холла, на лестнице, раздавалось тиканье старинных часов. Но звук, который послышался доктору из-за двери, больше не повторялся. Рингвуд тихо закрыл дверь, отгородившись от тумана, и на мгновение замер, прислушиваясь.
— Есть здесь кто-нибудь? — громко осведомился он.
Ответа не последовало, однако через пару секунд, очевидно, из освещенной комнаты на первом этаже, снова донесся озадачивший его звук. Доктор в несколько шагов добежал до двери и распахнул ее.
Комната оказалась курительной.
— Боже мой! Что с вами? — воскликнул доктор, когда взору его предстал единственный находящийся здесь человек.
На большом диване лежал светловолосый молодой человек. Он явно был без сил. По алому следу на его губах доктор определил кровотечение из легких, а огромное пятно крови на манишке и темная лужа на ковре указывали на то, сколь силен был приступ. Юноша заметил незнакомца и поманил его слабым взмахом руки. Доктор Рингвуд приблизился и склонился над диваном. Но даже профану мгновенно стало бы ясно, что помощь пришла слишком поздно. Несчастный приоткрыл рот в попытке заговорить, и доктор нагнулся ниже, ловя слова умирающего:
— …Застал меня… пистолет… выстрелил… казалось, что… безопасно… никогда бы не подумал…
Доктор склонился еще ниже.
— Кто это сделал? — спросил он.
Но этой смутной, обрывочной фразе, выдавленной хриплым шепотом, суждено было стать последней. Несчастного сотряс приступ кашля, изо рта потоком хлынула кровь, и он в смертельной конвульсии упал на подушки.
Когда рот умирающего приоткрылся и застыл, доктор Рингвуд понял, что в его помощи больше нет нужды. Многодневная усталость, обостренная напряжением долгого путешествия сквозь туман, вдруг накатила на него тяжелым валом. Доктор выпрямился с некоторым усилием и посмотрел на распростертое перед ним тело с удивительным чувством отстраненности от этой внезапно возникшей тайны, словно он сам не имел к ней прямого отношения. Затем, будто понуждаемый какой-то посторонней волей, заработал его холодный мозг медика. Доктор вытащил записную книжку и быстро нацарапал несколько разрозненных слов, услышанных от умирающего, боясь, что потом они выскользнут из его памяти.
Все еще подталкиваемый профессиональным инстинктом, он снова склонился над телом, чтобы произвести более тщательный осмотр. На ткани рубашки он заметил два маленьких круглых отверстия. Именно здесь прошли две пули, пронзившие легкие.
Завершив исследование, доктор оставил тело лежать в прежнем положении, заметил время по наручным часам и снова принялся что-то быстро записывать. В этот момент его осенила новая мысль. А не было ли здесь других убийств? И что произошло с горничными? Та, что звонила ему, непременно должна быть где-то поблизости — живая или мертвая… А может быть, и сам преступник до сих пор здесь прячется?
Слишком усталый, чтобы чувствовать страх, доктор Рингвуд пустился на поиски. Однако дом, к его удивлению, оказался совершенно пуст. При этом нигде не обнаружилось и намека на отклонение от нормального течения повседневной жизни. Из осмотра гардеробной стало ясно, что среди обитателей дома имеются двое мужчин: на крючках висели две шляпы разных размеров. Жилых спален оказалось три, не считая помещений для прислуги этажом выше.
