— Я бы и сам предпочел узнать о симптомах болезни от самого пациента. Пересказ всегда немного искажает факты. Кроме того, многое из того, что я передал вам, вполне возможно, всего лишь сплетни. Я думал, вы могли и сами их слышать, но разумеется, я не могу гарантировать, что они соответствуют истине.
Инспектор широкой улыбкой возвестил о том, что вполне разделяет воззрения доктора.
— А теперь, сэр, — проговорил он, глядя на сэра Клинтона, — я, пожалуй, осмотрю местность, — не найдется ли здесь чего-нибудь любопытного.
И он начал воплощать слово в дело, время от времени громко сообщая остальным о результатах своих действий.
— Пистолета здесь пет, если только он не спрятан где-нибудь. Должно быть, убийца унес его с собой.
На лице сэра Клинтона появилось лукавое выражение:
— Позвольте внести одно предложение, инспектор. Если не возражаете, давайте не будем смешивать факты и догадки. Пока мы доподлинно знаем лишь одно: что пистолета в комнате еще не обнаружено.
Флэмборо ухмыльнулся, давая понять, что камешек попал в его огород, не причинив, однако, никакой обиды.
— Хорошо, сэр. Пистолета — или пистолетов — не обнаружено. Так и запишем.
И он опустился на четвереньки, чтобы исследовать ковер.
— А вот кое-что новенькое, сэр, — провозгласил он. — Ковер такой темный, что прежде я этого не заметил. И узор помешал. Но теперь я ясно вижу.
Инспектор ткнул указательным пальцем в какое-то пятно неподалеку от двери и протянул руку на обозрение своим собеседникам. Палец его зловеще заалел.
— Кровавое пятно, да какое большое! Может, оно здесь и не одно.
— Вы правы, — мягко проговорил сэр Клинтон. — Я заметил несколько пятен на ковре в холле, когда мы заходили. От парадной двери к этой комнате тянется кровавый след. Возможно, вы его не заметили. Он не особенно яркий.
— Всем известно, какой у вас острый глаз, сэр, — удрученно отозвался Флэмборо. — Я-то ничего не разглядел.
— Полагаю, нам следует закончить с этой комнатой, прежде чем переходить в другие. А окна — все заперты?
Инспектор исследовал рамы и доложил, что все задвижки крепко сидят в своих скобах. Затем он пристально оглядел комнату с пола до потолка.
— Ищете отверстия от пуль? — спросил сэр Клинтон. — Правильно действуете. Однако вы их тут не найдете.
— Хочу знать наверняка, сэр.
— Как и я, инспектор. Как и доктор Рингвуд, если вы помните. Что ж, одно вы можете знать наверняка: если бы в этой комнате при наглухо закрытых окнах были произведены два выстрела, я непременно почувствовал бы запах пороха. Этого не случилось. Следовательно, в этой комнате не стреляли. А из этого можно сделать вывод, что искать здесь отверстия от пуль бесполезно. Вам достаточно этой логической цепочки, инспектор?
Флэмборо досадливо взмахнул рукой.
— Да, звучит весьма убедительно, — признался он. — Мне следовало самому об этом подумать!
— Что ж, полагаю, все самое важное в этой комнате мы уже увидели, — заметил сэр Клинтон, не обращая внимания на чувства инспектора. — Доктор, не могли бы вы еще раз осмотреть убитого, просто чтобы подтвердить вашу догадку, что пули пробили легкие?
Кивнув в знак согласия, доктор Рингвуд прошел на другой конец комнаты, к дивану, и подверг тело тщательному исследованию. Нескольких минут хватило ему, чтобы убедиться, что первоначальный его диагноз был верен и кроме уже виденных им отверстий на груди других ран на теле нет.
— Конечно я не могу точно сформулировать причину смерти, — обернулся он к сэру Клинтону. — Однако вполне очевидно, что пули поразили левое легкое. Снаружи крови немного, из чего можно сделать вывод, что была повреждена одна из межреберных артерий. То есть у него было сильное внутреннее кровотечение. Возможно, это подтвердится в результате вскрытия.
Сэр Клинтон безо всяких колебаний принял вердикт.
— А какие у вас соображения, инспектор? — спросил он, поворачиваясь к Флэмборо.
— Ну, сэр, когда дело имеешь с мелкокалиберными пистолетами, можно только строить догадки. Похоже, выстрел был произведен в упор. Думаю, ткань вокруг пулевых отверстий обожжена или обесцвечена, только засохшая кровь мешает это рассмотреть. От дальнейших выводов я воздержусь, до тех пор, пока не получу возможности произнести более тщательный осмотр.
Сэр Клинтон вновь обернулся к доктору:
— Полагаю, время наступления смерти после ранения в легкое практически невозможно определить? Иными словами, человек может прожить еще довольно долго и даже пройти какое-то расстояние после того, как в него выстрелили?
— Он мог прожить еще час, или два, или даже несколько дней, — немедленно согласился доктор Рингвуд. — А мог умереть немедленно. Последствия ранений в легкое предугадать почти невозможно.
Это соображение заставило сэра Клинтона на несколько минут погрузиться в глубокие раздумья. Затем он встал и двинулся к выходу.
— Теперь займемся кровавым следом. Выключите свет и заприте дверь, инспектор. Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь вошел сюда и до смерти перепугался.
Все трое вышли в холл, и сэр Клинтон указал инспектору только что упомянутый кровавый след.
