— А теперь посмотрим на автомобиль, который стоит у дверей, — предложил сэр Клинтон.
Они спустились по ступенькам парадного входа, и Флэмборо извлек из кармана фонарь. Лучи его, однако, высвечивали лишь белесые клубы тумана, и лишь вплотную подойдя к автомобилю, полицейские и доктор смогли как следует его разглядеть. Инспектор перегнулся через борт, потер пальцем обивку водительского сиденья и принялся рассматривать свою руку в свете фонаря.
— Здесь тоже кровь, сэр, — сообщил он.
Вытерев палец, он таким же образом принялся обследовать остальные кресла. Но за исключением пары пятен на подножке у водительского места, автомобиль был чист. Флэмборо выпрямился и повернулся к шефу:
— Похоже, он сам приехал назад, сэр. Если бы его кто-то привез, кровь была бы на другом сиденье.
Сэр Клинтон жестом выразил согласие.
— Полагаю, это возможно, доктор? Ранение в легкое не обязательно должно было его обездвижить?
Доктор Рингвуд покачал головой:
— Это целиком зависит от того, какого рода было ранение. Однако на первый взгляд это предположение кажется мне возможным. Чтобы вести машину, человеку не требуется большого мускульного напряжения.
Сэр Клинтон вгляделся в очертания автомобиля, смутно виднеющиеся в свете фар.
— Это «остин», так что Хассендин мог без особого труда завести его даже в такую ночь. Ведь такой автомобиль запускается без рукояти, стартером.
Инспектор между тем глядел себе под ноги.
— Земля подмерзла, — сообщил он. — Не может быть и речи о том, чтобы отыскать следы колес в такую ночь, даже если бы мы смогли различить нужные колеи среди всех следов, оставленных за день городским транспортом. Нет, здесь тупик.
— Я бы посоветовал вам записать номер, инспектор. Возможно, какой-нибудь констебль заметил его, хотя в такую погоду возможность этого практически равна нулю.
Флэмборо подошел к автомобилю спереди и начал списывать номер в свой блокнот: «GX 6061».
Затем снова обошел вокруг машины, внимательно разглядывая ее в свете фонаря.
— На полу — женский носовой платок, — вдруг произнес он, указывая на промежуток между передними сиденьями. Не сводя луча с находки, он перевернул платок: — В углу вышито «И.С.» Очевидно, это значит «Ивонн Силвердейл». Однако, от этого нам не много пользы. Это всего лишь доказывает, что именно в этом автомобиле миссис Силвердейл уехала из дому вместе с Хассендином, но я подозреваю, что мы и другим путем могли бы получить этому подтверждение.
— Еще что-нибудь нашли? — поинтересовался сэр Клинтон.
— Нет, сэр.
Прежде чем сэр Клинтон успел сказать что-нибудь еще, неподалеку в тумане замаячили два темных силуэта и раздалось удивленное женское восклицание. Сэр Клинтон схватил доктора за руку и торопливо зашептал ему в ухо:
— Горничные возвращаются. Сочините им какую-нибудь сказочку, скажите, что с Хассендином произошел несчастный случай и его привезли домой. Скажите, что вы врач. Нам ни к чему их истерики.
Доктор Рингвуд двинулся в направлении двух фигур, смутно темнеющих в белой дымке.
— Я — доктор Рингвуд, — заговорил он. — А вы, вероятно, горничные, да? Вы должны войти в дом, как можно тише. Мистер Хассендин пострадал от несчастного случая, и его нельзя тревожить. Он лежит в комнате по правую руку от двери, так что, когда войдете, не шумите. Вам лучше сразу же отправиться в постель.
Раздалось быстрое перешептывание, и одна из девушек спросила:
— Он попал в аварию, сэр?
Доктор Рингвуд, опасаясь вдаваться в излишние подробности, в ответ лишь предупреждающе махнул рукой в сторону окна за своей спиной:
— Пожалуйста, не поднимайте шума! Мистера Хассендина ни в коем случае нельзя тревожить. Как можно скорее отправляйтесь в постель и ведите себя тихо. Кстати, когда должны вернуться остальные члены семьи?
— Они уехали играть в бридж, сэр, — ответила та же девушка, что перед этим задавала вопрос. — Обычно они приезжают домой около половины двенадцатого.
— Хорошо. Мне придется их дождаться.
Пока он говорил, все та же, более решительная девушка выступила вперед и принялась подозрительно рассматривать его в бледных лучах фар.
— Простите, сэр, — отважилась наконец она. — А как мне узнать, что вы правду говорите?
— Полагаю, вы хотите сказать, что я могу оказаться грабителем? — терпеливо проговорил доктор Рингвуд. — Что же, здесь со мной — инспектор Флэмборо. Думаю, он для вас достаточная защита.
Горничная взглянула на Флэмборо.
— О, тогда все в порядке, сэр, — с облегчением произнесла она. — Я однажды видела инспектора Флэмборо на полицейских соревнованиях. Это правда он, я его узнаю. Простите, что я к вам немного подозрительно отнеслась, сэр…
— Правильно сделали, — успокоил ее доктор Рингвуд. — А теперь идите спать, прошу вас. Мы должны думать о пациенте.
— Случай опасный, сэр?
— Возможно, очень опасный. Но в любом случае, разговорами делу не поможешь.
Настойчивость горничной начинала злить доктора. На сей раз, однако, она поняла намек и вместе со своей спутницей ушла в дом. Но на пороге они замерли, повинуясь жесту инспектора.
— Кстати, а во сколько сегодня мистер Хассендин ушел из дома? — спросил он.
