Чуть позже той же ночью, когда Ровена приняла собственное обличье, Серафина показала ей дорогу в папоротниковую долинку, где они с Вайсой иногда отдыхали. Его не оказалось ни там, ни в другом излюбленном им месте, но девушки продолжали искать. В конце концов Серафина заметила друга у лесного оврага. Стоя у самого края, он смотрел, как несется мимо мощный водяной поток, размывая почву, сшибая деревья, уничтожая все на своем пути. С каждой ночью вода поднималась все выше.
Серафина привела Ровену на открытую каменистую площадку, которую Вайса не мог видеть.
— Не знаю, как он себя поведет, когда я к нему подойду, — сказала Ровена. — А вдруг рассердится или разозлится? Он помог мне, когда я была ранена, но вряд ли поверит сейчас.
— Ты не должна подходить к нему, он ведь горнолев. Ты должна сделать так, чтобы он сам подошел к тебе, — объяснила Серафина. — Дай ему знать, что ты здесь, только не спугни.
— Каким образом? — спросила Ровена.
Серафина знала, что у Вайсы очень сильны условные рефлексы. Если они появятся перед ним внезапно, он может кинуться на них или убежит, — именно поэтому он и жив до сих пор. Надо было привлечь его внимание так, чтобы у него было время подумать, прежде чем действовать.
— Крикни черным дроздом и подожди, — посоветовала Серафина.
— Но в ваших краях черные дрозды по ночам спят, — возразила ведьма.
— Вот именно. Когда мы с Вайсой в человечьем обличье и нам надо позвать друг друга днем в лесу, мы щелкаем дроздом — это наш тайный знак. Поэтому, услышав его ночью, он очень удивится.
Ровена кивнула и защелкала дроздом. И через несколько мгновений Вайса начал пробираться к ним через лес. Дойдя до прогалины, он остановился. И тут увидел Ровену.
— Хорошо. Не шевелись. Никаких резких движений, — прошептала Серафина.
Ровена все поняла и замерла на месте.
Вайса долго рассматривал ее издалека, а она смотрела на него, и каждый соображал, можно ли доверять другому. Они как будто искали следы общего прошлого, вспоминая битвы и заботу, проявленную Вайсой по отношению к Ровене.
— Ты вернулась, — настороженно произнес, наконец, Вайса, не выходя из-за деревьев.
— Говори с ним, убеждай его, — сказала Серафина.
Ровена медленно кивнула.
— Да, — спокойно ответила она, — я пришла поблагодарить тебя за то, что ты для меня сделал.
Вайса не шевелился и молча смотрел на Ровену.
— Никто мне раньше так не помогал, — договорила Ровена и замолчала.
Прошло довольно много времени, прежде чем Вайса все же вышел из-за деревьев и медленно приблизился к ней на расстояние двадцати футов.
— Почему ты спас меня, Вайса? — спросила Ровена мягко и почти неуверенно.
Вайса нахмурился и некоторое время смотрел себе под ноги, обдумывая ответ.
— Я не хотел заблудиться, — сказал он наконец.
— Что ты имеешь в виду? — не поняла Ровена.
— Я уничтожу захватчика и сделаю все, чтобы те, кого я люблю, были в безопасности, но затем я очищу себя от крови и больше не вступлю в битву. Мое сердце покинуло родные места. Но я должен помнить дорогу домой.
Ровена прекрасно поняла его.
— Сегодня я пришла, чтобы помочь тебе. И чтобы снова попросить о помощи.
— Я уже помог тебе, — ответил Вайса.
Вопреки сказанному в его голосе слышалось сожаление о том, что он так глупо помог своему заклятому врагу.
— Я знаю, что ты мне помог, — проговорила Ровена, — и что у тебя нет повода доверять мне, но я придумала, как помочь твоим друзьям.
— О чем ты? — У Вайсы сузились глаза.
— Скажи ему так, — велела Серафина: —
Это была загадка, которую Вайса когда-то написал Серафине, чтобы она смогла его найти.
Ровена повторила.
— Откуда ты узнала эти слова? — спросил Вайса, шагнув к Ровене.
— Хорошо! — обрадовалась Серафина.
Вайса горящими глазами смотрел на Ровену. Он был готов броситься на нее, но в то же время на лице его читалось любопытство.
— Скажи мне. Откуда ты узнала эти слова? — настаивал Вайса. — И этот крик дрозда…
— Я объясню, зачем пришла и откуда знаю эти слова, — сказала Ровена. — Но сначала расскажу тебе, что я увидела в прошлом твоего народа.
— О чем ты говоришь? — снова спросил Вайса.
— Давным-давно многие члены твоего племени были вынуждены бросить свои дома и переселиться на западные пустоши, но кое-кто все же остался здесь, в горах, не желая покидать родину. И ты потомок этих людей.
— Ты повторяешь правду моей бабушки, — сказал Вайса. — Но откуда ты это узнала?
— Когда ты ухаживал за мной, я с помощью колдовства заглянула в твое сердце, чтобы узнать твое прошлое и прошлое твоего народа. Я знаю, что мой отец убил твою мать, отца, братьев…
— И сестру, — с горечью договорил Вайса.
