Больше всего понравились, разумеется, сладости, которые, как знал комендант, тут делаются только на основе мёда, дающего специфический привкус. Так что уходили двадцатипятилетний «старшой» и его товарищ, у которого только-только начала отрастать светлорусая бородка, с гостинцами для товарищей (ну, не вдвоём же они тут, на краю княжеских владений, путешествуют) — тремя буханками белого хлеба, узелком поразившей их белоснежной мелкой соли да парой килограммов понравившихся им вафелек-печенек в полиэтиленовых пакетах. И под огромным впечатлением от самодвижущихся механизмов, обилия железа и гигантских (в их понимании) стеклянных окон в «палатах».
По тому, как русичи отреагировали на БМД, стоящие на площадке для техники (хоть ни словом не обмолвились, но обменялись очень многозначительными взглядами), Минкину стало ясно, что описание «бешеных черепах», очень помогших русским войскам на реке Калка, дошло и до Курского княжества. Ну, и губы у старшего шевелились, когда он пристально смотрел на надпись на борту боевой машины. Грамотен, видно, но не настолько, чтобы одними глазами читать.
«Дыру» и то, как сквозь неё туда-сюда снуёт техника, предкам, конечно, не показали. Вот это они точно за колдовство и связь с нечистой силой примут. И Беспалых, наученный армейским опытом, никакой разборки с караулом не устраивал, пока тот не сменился. А уж то, что это случилось именно после срочного прибытия в тринадцатый век извещённого о контакте с древнерусскими пограничниками Панкратова, практически случайность. Очень удачная случайность, которая, может быть, позволит избавиться хотя бы от части действительно бестолковых в своём большинстве «братков».
Честно говоря, Панкрат, с которым Сергею до захвата бандитами в подъезде при возвращении со службы (ага, руки на рукоятках пистолетов сразу у троих подкрепляют очень вежливое предложение проехать в «офис» главбандюка, пожелавшего с ним поговорить), не доводилось, не перестаёт удивлять его толковостью. Сразу же оценил мысли про собак и вертухаев, пообещав, что сможет оперативно решить оба вопроса. А ещё — что найдёт парочку специалистов по древнерусскому языку и истории домонгольской Руси.
— Хватит заниматься самодеятельностью! Пусть тебя и Минкина в этом вопросе консультирую профессионалы.
— А найдутся у нас в городе такие люди?
— Если у нас таких нет, то в Москве точно найдутся. Ещё и счастливы будут оттого, что им предложили хорошо оплачиваемую работу по специальности. Ты же знаешь, что эти «высоколобые» сейчас лапу сосут в своих институтах.
Про то, что из-за необходимости увеличить штаты (хотя бы на этих спецов и постоянную, а не «вахтовую» охрану) придётся построить минимум один дополнительный барак, Панкрат промолчал. Но уже на следующий день по свободному месту внутри периметра бегали геодезисты, размечая площадку под строительство. А за забором, по обе стороны от дорожки, ведущей от ворот на запад, в степь, ползал трактор, вспахивая целину под огороды: «компаньоны» решили, что использование в ресторане «натур-продукта» туземного производства придаст ему в глазах «клиентов» дополнительный шарм.
Через день капитана «выдернули» в ХХ век для проведения собеседования с дюжиной кандидатов на заключение контракта по охране «отдалённого объекта, находящегося в частной собственности». Все как один — безработные, несемейные, находящиеся в затруднительной финансовой ситуации, но недавно служившие либо в МВД, либо во внутренних войсках.
Сергей, в первую очередь, отсеял регулярно пьющих и проявляющих излишнее любопытство, так что из полусотни удалось отобрать примерно треть. Причём, с последней группой он работал уже вместе с отправленным в отставку «по состоянию здоровья» чекистом, на которого в соседней области не нашлось достаточно доказательств, чтобы «закрыть» за «подарки» от криминала.
— В ваши с Минкиным дела он вмешиваться не будет, — с честным видом соврал в глаза Семён Егорович. — Ему забот по специальности хватит.
12
Откровенно говоря, экс-капитан ФСК (уволился он незадолго до переименования Службы) Нестеров Михаил Фёдорович охренел, когда узнал, что за объект ему придётся «пасти». Но обратного пути уже не было. По крайней мере, в ближайшие года три-четыре, пока он не сможет «всплыть» в родных временах и местах.
Оперативная работа предусматривала эти самые контакты с криминалом. И даже, ради получения нужной информации, приходилось делиться некоторыми сведениями с агентами. А поскольку такие шаги согласовывались с непосредственным начальником, никакой «работой на мафию» Михаил это не считал. Служба внутренних расследований посчитала иначе. А шеф, опасаясь, что его причастность к скользким моментам в деятельности подчинённого способна повредить ему, просто «слил» Нестерова.
