Эрик, в свою очередь рассматривающий мистера Стефэнаса с нескрываемым интересом, еле заметно кивнул. Он, так же, как и Питер, в глубине души надеялся, что Консус Лендер объявится раньше, чем мистер Стефэнас, но, увы. Не всегда происходит то, на что люди искренне надеются. Бывает совсем по-другому. Разглядывая званого гостя, Эрик пришёл к самостоятельному выводу, что мистер Стефэнас и взаправду пользуется магией тогда, когда захочет, да что уж там таить — постоянно. Прямое тому доказательство — гладкое без единой морщинки лицо, такое же чистое, как и у Мандериуса. Бросив взгляд на руки мистера Стефэнаса, Эрик не увидел на них ни одной проступающей вены. Зато массивный золотой перстень на пальце мужчины пылал ярким красным огоньком и испускал непередаваемое тепло, которое неминуемо добиралось до некогда раненой руки Эрика. Пульсирующая боль пронзила кончики пальцев и холодной волной прошлась по остальной части руки. Спрятав её подальше от магического кольца, Эрик обратил внимание на необычную тонкую черную полосу, похожую на змею, проползающую по шее мистера Стефэнаса — прямо под копной длинных серебряных волос, она сверкнула рыжим пламенем и быстро скрылась за воротником рубашки. Эрик несколько раз моргнул, а силуэт змеи вновь показался на глаза: на этот раз, увеличившись в два раза. Пораженный Эрик открыл было рот, но вмиг прикрыл его, так и не решившись спросить у мистера Стефэнаса, что ползает по его телу — сейчас это было не важно.
— У вас, наверное, очень веские причины есть, раз вы побеспокоили меня средь ночи. — Алеред Стефэнас наклонил голову на бок, кресло, в котором он сидел, негромко скрипнуло, — рассказывайте, — безукоризненно-важным тоном приказал мужчина.
Эрик вкратце рассказал про Мандериуса, про смерть Магнуса и химеру.
— Мандериус хочет пробудить Анорамонда, — негромко и несколько даже заговорчески добавил к рассказу Питер, точно его слова могут долететь до чужих ушей.
Всё это время мистер Стефэнас сосредоточенно сидел в мягком кресле и не перебивал ни Эрика, ни Питера. Мужчина задумчиво повертел трость у себя в руках. Эрик краем глаза заметил, что чёрная змейка перебралась на руку и теперь была полностью охвачена пурпурным пламенем. Впрочем, не это обеспокоило мистера Стефэнаса:
— Дело действительно серьёзное и пахнет неприятностями, — мистер Стефэнас повёл взор жемчужных глаз в сторону плиты, — кстати, о запахе. Мальчик, у тебя что-то горит.
— Ой, — Питер пулей подлетел к духовке, но было уже поздно. Индюк превратился в чёрный уголь.
Раздосадованный и напрочь убитый Питер выбросил остатки еды в мусорную корзину и с видом каторжника с оглушительным шлепком уронил голову на стол.
— Консус попросил меня, чтобы я рассказал вам об Анорамондах, — как ни в чём не бывало, продолжил мистер Стефэнас, устраиваясь в нагретом месте поудобнее и не обращая внимания на грустного Питера, — может, у вас есть конкретные вопросы? Не хотелось бы сказывать притчу о сотворении мира…
— Вы сказали об «Анорамондах»? Их, что, несколько? — Эрик бросил короткий взгляд на Питера, но, похоже, что того сейчас мало интересовали Анорамонды. — Вы уверены?
— Жеребёнок, — каждая обронённая мистером Стефэнасом буква была пропитана раздражением, — впредь, постарайся воздержаться от глупых вопросов. Мне очень жаль, что твои мама и папа тебя роняли в детстве, но я-то здесь причём? Запомни: всё, что я говорил, говорю и буду говорить в будущем — это синоним к слову «уверенность». Надеюсь тебе не нужно пояснять, что такое «синонимы»?
Все, без исключения слова мистера Стефэнаса задели Эрика. Прежде, его никто так сильно не унижал. Но Эрик промолчал — что-то внутри него приказало молчать. Наверное, интуиция. Молчи она, Эрик бы непременно бы огрызнулся.
— Мистер Лендер сказал, что вы знаете об Адаме больше, чем кто-либо на Серой Площади, — вместо долга постоять за себя, Эрик выбрал более демократичный подход держаться стороной от скандалов. Он внимательно посмотрел на мистера Стефэнаса и сразу отстранил глаза — недоброе лицо колдуна спугнуло его даже больше чем встреча с Клеменсом, а бездонный, будто проделывающий в тебе дыры и видящий насквозь взгляд, бесспорно мог потягаться с чёрными глазами Мандериуса.
— Я вижу, что ты не такой как все, — неожиданно для всех произнёс мистер Стефэнас. Глухое утверждение прогремело в ушах Эрика подобно грому и заставило вздрогнуть. Что-то ему подсказывало, что мистеру Стефэнасу далеко не по нраву, когда от него что-то скрывают. Питер взволнованно заерзал на стуле и даже приподнял голову, а Алеред Стефэнас спокойно сомкнул кончики пальцев. Черная огненная полоса-змея, свободно гуляющая по телу мага преобразовалась в кольцо. Мистер Стефэнас прищурился и с горечью произнёс: — ты живой в мире мёртвых, это до чрезвычайности любопытно. Консус не рассказывал мне про тебя. И это в корне всё меняет.
— Почему? — Эрик подскочил, словно его ужалила пчела. Он не хотел, чтобы мистер Стефэнас передумал им рассказывать об Анорамонде лишь потому, что Консус Лендер не упомянул ему про него — Эрика Беккета.