Заглядывая ей в записи через плечо, Эртан присвистнул:
– Ну у вас и планы!
Потом он заметил, что дамы вокруг преувеличенно внимательно разглядывают интерьер, разгадал причину такого внимания и фыркнул:
– Повыдаю вас всех замуж, будете знать.
– Договорные браки! – тут же подскочила Тунь.
– Точно, договорные браки! – синхронно с ней подскочила Элпи.
Присутствующие тут же жертвы тех самых браков переглянулись.
– Их надо запретить как класс! – горячо заговорила Тунь.
– Это самое дикое варварство! – вторила ей Элпи.
Эртан только покрепче обнял жену, в опасении, что сейчас и она выскажет что-то на наболевшую тему.
Улыбнувшись ему в руку, Рэми со смешинкой заметила:
– Повелитель Мариана заверил меня, что браки, которые заключаются без учёта чувств, не являются нормальными.
– Ну да, конечно, – буркнула себе под нос Алиссия, отчего столь громословный повелитель Мариана покраснел.
Подняв одну руку, призывая тем к вниманию, Эртан признал:
– С этим, в самом деле, нужно что-то делать. Но я пока не знаю, что.
Тунь и Рэми переглянулись и рассмеялись. Карта «о, я несчастный правитель, который ни с чем не справляется, помоги же мне!» снова была разыграна идеально.
– Злые вы, – буркнул Эртан, не понимая причину веселья. – Между прочим, если я уйду, вам тоже придётся. Там только нас ждут.
«Там» было ратушей, где Эрьен, Рассэл и Рейн уже решали какие-то пограничные дела и ожидали лишь недостающих фигурантов дела, чтобы обратиться к вопросу о санаториях.
– В самом деле, – согласилась вдруг Рэми, бодро вписывая последним пунктом выявленных проблем договорные браки. – Нам тут уже работы лет на пять.
– Мадам оптимистично настроена, – хмыкнул Эртан.
– Мадам знает свои силы, – отпарировала та.
Он обнял её покрепче.
Она украдкой поцеловала его руку.
Он в ответ поцеловал её в макушку.
Наблюдавшая за этим острым взглядом Элпи поднялась на ноги:
– В самом деле, нам пора.
Остальные признали справедливость этого вывода, и вся компания двинулась на выход.
Рэми чинно сидела за большим столом в ратуше – в том самом зале, где она уже как-то натыкалась на старцев. Сейчас их тут, слава Богу, не было: и без них компания подобралась разношёрстная.
Больше всего Рэми нравилось наблюдать за мужем. Как всегда, он вёл себя так, что совершенно невозможно было догадаться, что он выше всех присутствующих по статусу: сидел себе в небрежной позе, редко-редко вставлял пару слов в общее обсуждение и больше глазел то в окно, то на Тунь: ему было не очень понятно, зачем она пришла и что от неё ожидать.
Тунь, совершенно не участвующая в разговоре, полулежала на дальнем конца стола, опираясь щекой на локоть, и незаметно из-под волос поглядывала на Рассэла.
Тот, в свою очередь, не сводил глаз с Элпи – за исключением тех случаев, когда брал слово.
Элпи сидела с видом королевы в самом центре, слегка вытянув шею и задрав подбородок, что придавало ей вид величественный и гордый. Говорила она редко, в основном поглядывая на Рейна то ли с вызовом, то ли с обидой.
Рейн, который сидел прямо напротив неё – тоже посередине – выглядел истинным королём. Его как всегда роскошный наряд включал белое парадное кружево в больших количествах. На это кружево постоянно косился с усмешкой Аркаст, который, в то же время, и вёл основную беседу. Его дипломатическую линию всецело поддерживала Алиссия, которая то и дело вставляла толковые аргументы. Эрьен исподтишка любовался ею, впервые наблюдая её такой оживлённой и деловой. Зрелище это, определенно, западало ему глубоко в сердце.
Самым довольным из присутствующих выглядел старичок-архитектор: кажется, впервые в жизни он был в центре такого внимания. Жестом фокусника он тасовал различные проекты, подсовывая то очередную схему Рейну под нос, то новую идею для обсуждения с Рэми, то какой-то план для уточнения у Аркаста. Бойкий старикашка не только не желал сидеть на одном месте, но и таскал за собою свой стул, подсаживаясь то к одному, то к другому участнику совета – пока, наконец, не выдержав, Эртан не начал носиться за ним, упреждая попытки старика схватиться за тяжести.
Повелитель Мариана, таскающий стул за архитектором, явно вызывал в Рейне глубочайшее презрение: губы его кривились весьма красноречиво, что вызывало понимающую улыбку на устах Элпи, что, в свою очередь, отражалось восторгом в глазах Рассэла, что приводило к тоскливому выражению на лице Тунь.
Обсуждение, между тем, не сдвинулось с начальной точки ни на йоту: Рейн категорически отказывался предоставлять своих людей для строительства санаториев. Даже с оплатой продуктами.
Аркаст, Рассэл и Алиссия наперебой пытались объяснить ему выгодность этого предприятия, и их аргументы были вполне обоснованны, но дело упиралась в чистое упрямство Рейна, который не желал уступать А-Ларресам ни в чём.
– Я уже и так согласился закупать провизию для них у вас, – кривился он, недовольный этой уступкой, но сознающий, что совсем без уступок дело было не устроить. – Хватит и того.
В разговор тихо вмешался Эртан, который как раз оказался рядом:
