Бен позвал еще раз. Когда Сила вновь оставила его без ответа — даже без малейшего знака, что его зов был услышан — молодой человек вновь опустился на постель, завалившись на бок. Он прикрыл глаза и разразился слабым смехом, искренне потешаясь над своей наивностью. Похоже, жизнь все-таки ничему его не научила, раз он все еще склонен гоняться за ветром…
***
Рей дала своему подопечному достаточно времени, чтобы прийти в себя; несколько часов — вполне приличный срок. Более чем достаточный.
Когда она вновь вошла в медотсек, «Сабля» уже начала погружаться в вечернюю темень.
Бен спал, свернувшись в три погибели и прижав к щеке подушку.
Его руки и ноги казались слишком длинными и массивными для узковатой больничной койки — это была одна из причин, по которым Рей однажды предложила юноше переселиться в его прежнюю каюту. Там постель была шире, мягче и удобнее. Но если ноги его лежали недвижимо, все еще скованные параличом, то руки во время сна принимали подчас совсем странные позы, то уходя за голову, то обхватывая широкие плечи спящего, отвечая его бессознательным, сквозь сон, попыткам уместиться на койке. Рей, которой ни раз приходилось наблюдать за этими потугами, находила их забавными.
Сейчас его руки были сложены одна к другой и убраны под подушку, однако широкие локти все-таки свешивались над полом.
Рот оказался слегка приоткрытым и, кажется, сохранил отпечаток недавнего смеха.
Вероятнее всего, Бен сам не ожидал, что заснет. Это было видно хотя бы потому, что он так и не укрылся, улегшись поверх заправленной постели. А ночи здесь, посреди тропического леса, бывали довольно холодными — можно сказать, насколько же холодными, насколько теплыми бывали дни. В этом смысле пустыня и тропики загадочно похожи между собой. Иной раз обитателям «Сабли» приходилось закутываться в два и три одеяла, чтобы не закоченеть.
Несколько мгновений Рей задумчиво наблюдала за сном Бена, почему-то находя удовольствие в этом занятии. Она ловила чувства, мелькающие на его лице, сейчас кажущемся ей простым, открытым и трогательным. Сон стирает многие условности, обнажая истину, которая никогда не проявляется так отчетливо, как в те мгновения, когда человек окутан чарами сновидений.
Рей все смотрела на Бена; его спящее лицо нравилось ей.
Потом, словно опомнившись, девушка удалилась в каюту магистра Скайуокера, которая уже много дней была ее каютой, и, взяв оттуда теплый плед, возвратилась, чтобы укрыть спящего, который, похоже, не проснется до самого утра — его крепкий и спокойный сон позволял предположить это.
Углубившись в свое занятие, Рей не заметила слабого сияния в самом дальнем углу, между окном и шкафом с медикаментами. Неяркое, практически неотличимое от обыкновенного ночного освещения такого же холодного голубоватого цвета, — но если приглядеться, можно было заметить, что там, в углу, свет складывается в расплывчатые очертания мужской фигуры. Вероятнее всего, призрак не хотел, чтобы кто-то из молодых людей ощутил его присутствие, поэтому Сокрытие Силы надежно утаивало его.
Люк Скайуокер стоял неподвижно. Глядя на Рей и на Бена, он улыбался.
========== Глава XI ==========
— «Вилка»*, — торжествующе объявил Бен.
Рей возмущенно подняла голову. Затем снова взглянула на голодоску, стараясь отыскать выход из западни. Однако противник, похоже, и на этот раз оказался ловчее: его Гимтааш молатар с хищным изгибом когтей, напоминающих трезубцы, — верный союзник и охранитель альдераанской королевской семьи* — застыл на поле сражения между ее важнейшими фигурами — м’онноком и к’лорским слизнем.
— У тебя «вилка», мусорщица, — усмехнулся рыцарь. — Придется делать выбор.
На мгновение Рей по-настоящему вскипела. Нет, этот парень невыносим! Мало того, что он по-прежнему бросается дерзостями, будто нарочно испытывая на прочность ее нервы, так еще и выигрывает четвертый раз подряд.
Однако девушка вовсе не собиралась сдаваться без боя. Она задумчиво оглядела свои ресурсы. М’оннок, хоть и порядком потрепанный в предыдущих стычках, был более сильной фигурой; слизень чуть лучше в атаке, но скорость и защита у него меньше. Похоже, выбор был очевиден.
Рей переместила м’оннока на домашнее поле и пожертвовала к’лорского слизня, отдав противнику одно из двух требуемых победных очков.
— Наконец-то я узнал хотя бы одно твое слабое место — это дежарик, — нахально заключил Бен.
Его молатар, преследуя м’оннока, встал на соседней по диагонали клетке B7, оставив рядом с собой одну свободную клетку на поле сражения, как бы приглашая «врага» вступить в бой.
Рей и не думала отказываться. Следующим ходом м’оннок атаковал ключевую фигуру противника. М’оннок хоть и был слабее в атаке, зато защищен чуть лучше молатара и мог продержаться дольше в прямом столкновении.
Оставшиеся на доске крохотные голографические монстры яростно ревели, наблюдая за схваткой.
