— Аааа, — демон аж содрогнулся. — да, слышал тоже. За её голову уже двенадцать капель предлагают, но, боюсь, никто из простого народа её не положит. Больно сильно. Хотя я бы и не отказался. За двенадцать капель купил бы рабов себе, а там, глядишь, и лавку построил.
— А скажи мне, Гур’Бат’Нагун, а много таких как ты недовольны торговлей?
— Ну, про много не скажу, скажу за тех, кого знаю. Сосед мой по ферме недоволен. И его сосед. И оный тоже. Ну и вообще, как на совет к старейшине приходим, так гундеж стоит громкий, но… Ничего не попишешь… Ладно, Хадгир из Да’Кхасси. Рад был с тобой словом обмолвится. Мне в левый поворот. К торговым воротам. А ты жинку бери и вперед по дороге, не сворачивая, там для визитеров ворота будут. Без пошлины для пеших.
Хаджар слез с телеги и дождался, пока спустится Аркемейя. Руки он ей, разумеется, не подавал. Не принято.
— Ну, бывай, Хадгир. Будет воля Вечности — еще свидимся.
— Бывай, Гур’Бат’Нагун, — кивнул Хаджар.
Демон приподнял щупальцами шляпу и покатил на телеге в другую сторону. Хаджар же с Аркемейей отправились к уже виднеющемуся городу. Стены его действительно внушали.
— И к чему был этот треп, Хаджар? — прошипела Аркемейя. — к чему привлекать лишнее внимание?
— К тому, что у меня созрел план, как нам попасть в замок незамеченными и без особого труда.
— Да? И как же?
— Все просто, дорогая Аркемейя. Мы устроим демонские бунт и революцию!
Кажется, Аркемейя выругалась.
Очередь в город демонов скопилась небольшая, но разношерстная… разночешуйчатая, разнокрылая, разноклыкастая, но весьма опрятно одетая.
Это выглядело немного сюрреалистично для Хаджара.
Прежде он не встречал демонов в большом количестве. Ну и тем более жизнь его помиловала от того, чтобы лицезреть демонов внутри их собственного социума. Причем внутри весьма цивилизованного социума.
Причем, как показалось Хаджару, даже более цивилизованного, чем некоторые людские.
— А что, Мардригха, сегодня на воротах опять толпа?
— Видимо, Жухашандуг. Ну ничего — постоим. Все равно раньше полудня лавки не откроются.
— А вы зачем, кстати?
— Я за новым молотом — мой совсем плох стал. Косу уже нечем выправить. А Мардригха…
— А я, как раз-таки, за косой.
— Какая ирония!
И три демона, один похожий на вытянутую, прямоходящую гиену, другой на рогатую макаку, а последний, которых и расспрашивал Мар-как-его-там и Жу-как-его-там, и вовсе — вылитый скорпион. С поправкой на то, что скорпион был бы похож на человека и был бы обут в ботинки.
Очень много пар ботинок.
Хаджар мог поклясться своим именем, что не на всех светских раутах достопочтенные адепты изъяснялись так же чинно и велеречиво, как демоны. Одетые в справные одежды их хороших материалов.
— Смотри, вы, все же, разорились на раба.
— Да, помогает в поле. Незаменимая вещь, достопочтенные, Вечность мне свидетель.
— А в город зачем ведете?
— Да хворь какую-то поймал, мясо человеческое. Лечить буду.
Хаджар обернулся.
Там, позади, внутри очереди, он увидел зрелище, которое, все же, вернуло его из пребывания в “сюрреализме” обратно на землю. На землю, на которой, в порванных лоскутах от грязной хламиды, которую не каждая хозяйка бы использовала как тряпку половую, на коленях, в ошейнике с поводком в виде цепи, стоял молодой юноша.
Когда-то давно он был крепким и бойким, но теперь… от былой удали остались лишь следы уработанного на полях трудяги. Хаджар уже видел такое — после войн рабов на рынках было хоть отбавляй. Так что не редко, в странствиях, он встречал такие вот “инструменты”.
Именно так — инструменты.
Потому как иначе к ним никто не относился.
— Успокойся, — прошипела на ухо Аркемейя. — ты ему ничем не поможешь.
— Ты…
— Посмотри ему в глаза.
Хаджар прислушался к словам полукровки.
Карие, теплые и… абсолютно лишенные даже малейшей искры разума.
— Что с ним? — ветер вокруг Хаджара успокоился и люд… демоны перестали обсуждать переменчивость погоды внутри своего искусственного мирка.
Да, даже несмотря на то, сколько времени прошло с рабского прошлого Хаджара, он все еще не мог оставить это настолько позади, чтобы не видеть в рабовладельцах априори врагов.
Хотя, возможно, его короткая вспышка была связана с другим воспоминанием. С тем, как с гор Балиума спустился мастер секты Черных Врат верхом на…
Хаджар замотал головой и отогнал тяжелые воспоминания.
Для них не время и не место.
— Все местные рабы питаются едой демонов.
— И?
— То, что она выглядит, как обычная, еще не значит, что таковой является на самом деле, — Аркемейя говорила об этом как о чем-то само собой разумеющемся. — Так что ничего здесь не ешь.
— Спасибо за своевременную информацию, — с легкой издевкой в голосе произнес Хаджар.
Странно, но в присутствии полукровки, он вел себя как-то слишком… резко. Неужели все это из-за слов Фреи?
— Ну извини, — продолжила шипеть Аркемейя. — я еще немного не свыклась с мыслью, что мы будем устраивать революцию.
— Скорее бунт, — поправил Хаджар. — здесь достаточно сухих бревен. Одной искры хватит, чтобы устроить пожар, который выльется в массовое негодование. А там толпу надо будет только направить в нужное русло.
