– Если через три дня мы не вернемся, – отдавал последние распоряжения Хаджар. – отправляйте за нами отряд.
– Всего три дня на пьянки и танцы? – наигранно возмутился Неро. – я всего пять дней провалялся на койке, а ты уже успел стать занудой… мой генерал.
Последнее Неро добавил, сдерживая болезненный стон. Все же, локоть у Серы был весьма острым, а сама леди не была лишена силы. Так что её удар по ребрам оказался весьма чувствительным.
– Саймон.
– Да, мой генерал.
– К моему возвращению я хочу, чтобы у солдат появился плац. Достаточно большой, чтобы там могло тренироваться не меньше трехсот тысяч человек одновременно.
Снабженец как стоял, так и застыл со слегка приоткрытым ртом.
– При всем уважении, мой генерал, но каких демонов мне нанять, чтобы соорудить здесь подобное?!
– Если бы я знал ответ на этот вопрос, Саймон, то зачем бы мне тогда был нужен ты? Как говорится – мои проблемы, твои решения. Так что давай, отрабатывай свои бархатные одежды.
Снабженец, отдав честь, унесся в сторону лагеря. Он ворчал, наверняка посыпал генерала самыми отборными ругательствами, но делал это молча. И пока он выполнял приказы, Хаджар был готов его терпеть.
Такой же подход он практиковал и со всеми остальными своими подчиненными. Те могли быть недовольны приказами, но пока они их выполняли, Хаджар был готов закрывать глаза на некоторые их маленькие… предприятия.
В конце концов, глуп тот солдат, который не хочет стать генералом. И еще глупее человек, который не думает о своей отставке и о том, как жить
Естественно, все это приходилось удерживать в каких-то разумных границах.
– Тур.
– Да, мой генерал.
Несмотря на то, что главный инженер держал в руках генеральский амулет, он был не более чем исполняющим обязанности.
– У тебя есть три дня на то, чтобы разработать планы по укреплению нашего лагеря. Это раз. Два – мы должны будем вместить не меньше четырехсот дополнительных душ…
– Но, мой генерал, это невозможно! Нам и так места не хватает! Куда еще?!
– Повторю то, что сказал Саймону, – Хаджар похлопал лошадь по шее. Он не знал зачем, но, вроде, все так делают. – главный инженер не я, а ты. Так что от тебя мне нужно решение этой проблемы. И, да, когда я вернусь, вокруг лагеря уже должны быть расставлены капканы, ловушки, мины, “ежи” и все, что может замедлить или уничтожить зверей.
Командиры замолчали.
– Так вы, все же, верите старейшине? – спросила Лиан, заправляющая волосы под меховой капюшон.
Вот теперь она точно выглядела не как военный офицер, а как дворянка. Дочь какого-нибудь напыщенного лорда. Ну или барона, на крайний случай.
– Верю я ему или нет – не имеет значения. Но мы должны быть готовы к любой опасности. И даже если звери так и не придут, у нас будет неплохой рубеж против возможных попыток отвоевать павильон.
Про себя Хаджар еще просчитывал возможные восстания внутри самой армии. Он не сомневался, что вместе с простыми людьми, в ряды его солдат проникли шпионы и ученики секты.
Возможно, их было не больше сотни, но даже такое количество могло ощутимо их ужалить. Диверсии еще никто не отменял. А, учитывая, что смогли натворить Сера, Неро и Хаджар в свое время перед битвой с кочевниками, то…
“Тайная полиция”, если так можно назвать некоторых людей командира разведки, трудились день и ночь. Но и они, пока что, смогли вывести на чистую монету лишь с десяток шпионов.
Хаджар, не размениваясь, приказал любыми способами добыть всю возможную информацию. В очередной раз он поступился общепринятыми понятиями о чести, чтобы сохранить жизни своим людям. Даже если ему приходилось отдавать приказы на пытки людей, он шел на такой шаг.
– Я предоставлю вам планы и чертежи, мой генерал, – поклонился Тур и ушел следом за Саймоном.
К Хаджару подошла Сера и убрала в сдельную сумку полоску желтой бумаги с начертанными на ней иероглифами.
– Чтобы активировать этот талисман, – напутствовала она. – просто запитай его силой. После того как загорятся иероглифы, у тебя будет примерно минута, чтобы убежать.
– И насколько быстро мне придется бежать?
Сера нахмурилась и слегка хищно оскалилась.
– Очень быстро бежать, генерал.
– Тогда, будем надеятся, что мне не придется его использовать.
Сера кивнула и взмахнула рукой. В золотистом сиянии барьера появилась брешь, вскоре разросшаяся до размеров арки. Хаджар, махнув на прощание рукой, направил лошадь в сторону прохода. Следом за ним поспешили Гэлион и Лиан. Они выглядели намного более воодушевленными перспективами присутствия на празднике, нежели генерал.
Хаджар, в очередной раз покидая лагеря, всеми фибрами души надеялся, что рассказы о нашествии монстров так и окажутся простыми рассказами.
Качаясь в седле, Хаджар смотрел на парящий под ним ковер из зажженных фонариков. Его голову укрывал капюшон – единственная защита от снега. Буран слегка утих, но все еще дул сильный ветер, приносящий с собой снег.
