Закончив с лечением, Тео накинул на плечи чужой плащ и, опираясь на палку, осторожно сел на траву напротив девушки. Сладкий вкус мести - он и не предполагал, что ему доведется попробовать его так скоро, буквально через несколько часов. Маг насмешливо смотрел на нее - нагота любого человека делает уязвимым, а медиума вдвойне. Элейс, закрыла глаза и тяжело дышала. Тео был уверен, что сейчас она больше всего на свете желает потерять сознание, лишь бы быть подальше отсюда.
-- Никогда еще не видел, чтобы кара за содеянное настигала так быстро... - задумчиво сказал маг. - Утром ты предаешь и фактически убиваешь своего покровителя, оставляя его на съедение муравьям, а в обед становишься жалкой игрушкой в руках двух недоумков.
Элейс действительно выглядела жалко. Худая, грязная, покрытая кровоточащими ссадинами. Тео чувствовал, что она смирилась и просто ждет, когда все закончится. Но что закончится? Маг только что убил двух человек, но они не значили для него ничего, а Элейс стала частью его жизни. Чернокнижник пристально смотрел на девушку, чувствуя, как слабеет его желание отомстить. Он уже и сам не помнил, что хотел сделать. Пытать, наслаждаясь криками и предсмертными всхлипами? Глупо. Мучения Элейс все равно не излечат нанесенную обиду. Тео сидел и смотрел, как колышется в такт дыханию девичья грудь, как синеет и покрывается от холода мурашками кожа. Маленькая серая птичка безбоязненно села на носок сапога, чирикнула, склонив голову, и перелетела на камень, возвышающийся над водой. Еще прыжок, несколько быстрых глотков, и она снова упорхнула.
-- Ты сам во всем виноват! Только ты! - глаза Элейс горели такой ненавистью, что даже Тео, испытавший на себе немало ненавидевших взглядов, удивился.
-- Да? В чем же моя вина? - маг подпер рукой подбородок. - Расскажи, сделай милость.
-- Ты отдал меня им! Позволил забрать к себе, а сам стоял и ничего не делал!
-- Не отрицаю. А ты похоже, уравниваешь несколько часов наговоров и смерть от муравьиной кислоты... Я мог уйти один, но все же вернулся за тобой. Для тебя это ничего не значит?
-- Ты вернулся, чтобы использовать меня! - зло прошипела девушка. - Это все, что тебе нужно.
-- Как и тебе. Ты использовала меня, я тебя, мы квиты. Только я не бил в спину.
-- Жаль, что удар не был смертельным.
-- Тогда бы ты стала их жертвой, - Тео указал на тела братьев.
-- Не твоя забота, - огрызнулась она.
-- Может и нет, но ты унесла кое-что мне принадлежащее.
-- У тебя ничего нет и не было своего, - Элейс презрительно скривилась. - Алмазы...
-- Речь не об алмазах. Ты забрала с собой мое доверие. Наивысшую драгоценность.
-- И что, ты хочешь вернуть ее обратно? Каким образом?
Маг со вздохом достал нож. Он неспешно поднес лезвие к лицу девушки, а потом, также неспешно, полоснул по веревкам.
-- Убирайся! - процедил Тео сквозь зубы. - Не смей попадаться на глаза. Хотя, о чем это я.... С твоей удачей ты вскоре снова окажешься на жертвеннике и закончишь, наконец, жизненный путь как полагается.
Эта была единственная месть, которую он позволил. Тео забросил мешок на спину и оставив ошеломленную Элейс сидеть у ручья. Чернокнижник очень хотел обернуться, чтобы в последний раз посмотреть на нее, но не стал. Орудуя палкой, он выбрался из оврага, снова вернувшись на дорогу. Крестьянин и его телега остались позади.
Почему погиб крестьянин? Пасечник говорил правду - Йозеф строго-настрого приказал своим людям не трогать деревенских. Свежие продукты и дешевая рабочая сила были нужнее, чем расходный материал, который в любом количестве можно было купить в Лемхейме.
Тео размышлял об этом, медленно шагая. Под ногами что-то хрустнуло. Сначала он не обратил на это внимания, но хруст продолжался, вынудив посмотреть вниз. Сухая желтая пыль полностью покрывала сапоги, но вместо ожидаемой глины он обнаружил, что земля густо усеяна мельчайшими костями, выбеленными солнцем и отполированными ветрами. Чернокнижник тотчас остановился. Сзади повеяло холодом. Не приятным холодком из тенистой рощи, а могильным холодом, пробирающим до самого сердца.
Клочья белого густого как молоко тумана надвигались со всех сторон, окружая мага. Море бескрайнего тумана... Чернокнижник был вынужден вдохнуть сырой леденящий легкие воздух. Он блуждал в относительной тишине, выставив руки перед собой, как вдруг в тумане послышались знакомые отголоски. Чей-то предостерегающий шепот, стук копыт и вой охотничьего рога...
-- Охота началась... - прошептал кто-то прямо ему в ухо. - Беги...
-- Нет-нет! Только не это... Нет! - выкрикнул Тео в ужасе. - Это не может быть! Я же не сплю!
Но словно в насмешку справа от него проскакал во весь опор всадник, чья голова пылала словно факел. За ним пронеслись еще несколько в сопровождении невидимых собак. Тео застыл как изваяние. Бежать было бессмысленно. Нельзя убежать из кошмара наяву.
Даже когда ледяные пальцы схватили его за плечи, заставив вскрикнуть от боли, он не попытался отстранится. Туман сгустился, потемнел, принимая облик женщины исключительной красоты, ведущей под уздцы коня угольной масти.
