К счастью, волосы пострадали не сильно, но выглядел Мирко очень недовольно. Его взгляд требовательно уперся в девушку. Иерра выглядела не менее удивленной, чем он, и только развела руками.
– Прости, пожалуйста, я не хотела, – виновато сказала она. – Я не знаю, как это получилось! Может, ко мне возвращается магия?
Это было невероятно, Иерра боялась разрешить себе в это верить, но в то же время она чувствовала себя переполненным сосудом, из которого энергия готова вылиться через край. На кончиках пальцев снова появилось давно забытое покалывающее ощущение.
Мевир и Ицель, заметив происходящее, встали со своих мест, и подошли поближе.
– А ты попробуй что-нибудь наколдовать, – тем временем предложил Мирко.
Иерра подняла с земли желтый лист и что-то шепнула, через мгновение он преобразовался в большую мохнатую гусеницу.
– Получилось! – восторженно прошептал ушанг.
– Нет, не получилось. Я хотела превратить лист в бабочку, – сказала Иерра и стряхнула насекомое.
Несмотря на эту неудачу, она улыбалась во весь рот.
– Астор, ко мне возвращается магия!
Астор был искренне рад, и очень надеялся, что она не ошиблась. В этот раз уже Зелен взял в руки опавший лист и протянул его на ладони.
– Попробуй еще раз, – сказал он.
Девушка провела рукой над его ладонью, снова прошептав заклинание. На этот раз ничего не произошло, в руке он по-прежнему держал лист.
– Не расстраивайся, – поспешил успокоить ее Астор. – Ты столько времени не колдовала, еще получится.
Иерра повернулась к нему, и коснулась пятна на его плаще – оно сразу же исчезло.
– Странно, – рассмеялась она. – То получается, то нет.
Девушка чувствовала невероятную радость, ведь она думала, что магические способности никогда не вернутся. Она помнила обещание мага помочь ей, но сомневалась, что это возможно.
– Тебе нужно поговорить с Велором, – сказал Астор, поднимаясь со скамейки. – Пойди, поищи его.
Иерра нашла Велора на берегу реки, он сидел на вырезанной в камне скамье и читал книгу, изредка отрывая взгляд от текста, чтобы задумчиво посмотреть куда-то вдаль. Он выслушал ее рассказ без удивления.
– В твоем подсознании с детства находилось строжайшее ограничение – не сметь прикасаться к птицам феникс. Когда птица коснулась тебя, и ты ощутила ее магическую силу, сработал священный страх: твое подсознание наказало тебя за нарушение запрета. С этого момента, тебе казалось, что ты не можешь колдовать. В экстремальных условиях, когда ты подверглась смертельной опасности, твоя магия смела искусственно созданный тобой барьер и проявилась. Когда я обещал тебе помочь вернуть магические способности, то рассчитывал на нечто подобное. Мне пришлось бы воздействовать на тебя с помощью магии, создать опасную для тебя ситуацию, – Велор поймал ее ошеломленный взгляд и продолжил, – разумеется, в этом случае все было бы под моим контролем, и результат был бы вполне предсказуемым.
Велор тронул ее прохладные руки и согрел их в больших теплых ладонях.
– Ты чувствуешь легкое покалывание в кончиках пальцев? – спросил волшебник.
Иерра кивнула.
– Так и должно быть. Скоро у тебя появится ощущение сродни опьянению – ты слишком долго сдерживала поток магии, и она некоторое время будет переполнять тебя, поэтому будь осторожнее, контролируй свои поступки и свои чувства. Через несколько дней все придет в норму. Мне жаль, что все произошло именно так, если бы я воздействовал на тебя как задумал, все произошло бы безболезненно. Да и Камень подействовал так странно… не нравится мне это.
– А как должен был подействовать? – полюбопытствовала Иерра.
– Никак. Человек, владеющий Камнем начнет постепенно попадать под его влияние, а ты чуть не погибла просто взяв его в руки, – сказал Велор. – Хотя чему я удивляюсь, наши знания о нем весьма поверхностны.
Они сидели некоторое время не разговаривая, думая каждый о своем. Тишину нарушила Иерра.
– В том, что этот ненавистный Камень до сих пор не уничтожен, виноваты сами эльфы, – заявила она.
На лице мага появилось недоумение.
– Разве ты не знаешь историю Сердца Мира? Ты же читала эльфийскую Книгу Жизни. Алмаз оставил себе Нихаир, несмотря на то, что Оларф понял, какое зло он в себе содержит, и настаивал на его уничтожении.
Иерра посмотрела ему в глаза и сказала:
– Вот именно. Не достаточно он настаивал! Он позволил ему оставить Камень, позволил, зная, какая в нем опасность. Что значит одна жизнь, пусть даже жизнь короля, по сравнению с судьбой всего мира?! Вот оно, эльфийское благоразумие!
Жрица с трудом подавила вспышку гнева: в конце концов, это не ее мир, и не ей за него переживать.
Велор прекрасно понимал, что из-за магического всплеска ей с трудом удавалось контролировать свои эмоции, возможно в других обстоятельствах она не сказала бы об этом вслух.
Тем не менее, его сильно огорчили ее слова.
