Вылетевшие из-за кустарников и редких ломанных сучьев от бывшего великолепия Сумрачного леса, сопровождающие почти пооткрывали рты, но воздух: спросить «ты с ним знаком?» из них так и не вышел. Он слишком хорошо помнил запах и форму существа, заставившего его впервые содрогнуться от страха и чуть не лишившего руки Киры. Тёмные ничего не забывают.
— Значит, всё будет ещё проще. Избранный.
— Это почему? — невовремя пропищал Фил и его закрыл один из старейшин своей спиной, обнажая метки.
— Потому что сейчас тебя некому защитить, — шелест голоса выдавал эмоции в растянутых чёрной улыбкой кривых губах тени, принявшей точную копию формы Теневого.
Это было последней каплей для истрёпанных нервов. Он и так ждал, как мог — Вызова, последних дней в Академии, часа, когда его наконец назовут эльфом полноправно! Чего еще было ждать и надеяться?! Как смеет какой-то сгусток тучи в человеческой форме ступать на его территорию хоть мизинцем и выговаривать ему напрямую свою цель?! Что ж, сам же он этой целью и подавится.
— Боевая форма, — вызвав Жуть, он полностью слился с существом варана.
— СТОЙ! Кто-нибудь, блокируйте его! — на отчаянный крик Санни, когда солнце разом заволокли тучи, обложив всё небо словно незашитыми, рваными ранами…
— Вэл, печати Сфер! — опомнилась и Карина, да только поздно. Огненный эллипс взорвал остатки смотровой башни. Саламандра всё ещё не двигалась.
— Сумрааак… — даже когда в её руке остался один лацкан с плеча боевого эльфа.
Вэл и Илья бросились вперёд, за ними выстроились ровные ряды профессоров.
Эльф впился в своего противника до ногтей, рвал на лоскутки и клочья от света и тени кожу, а враг всё ещё смеялся над его потугами. Перерыв в обучении, но жизнь изгнанника своей собственной, на границе Забвения сильно потрепала его самоуверенность и закалила скорость, ловкость, силу — терпеть боль. С первого удара он понял это, нащупав острые рёбра. Отощавшее существо словно из другой половины мира, явно охотилось лишь на него всё своё голодное время. Но куда ему? Артём Эльф отсутствовал в родном мире ближайшие полгода. И всё же, противник был очень силён. Куда сильнее его самого. Лёжа и бившись на земле, Сумрак слишком остро понимал, что именно сейчас — пыли Киры ему не хватит.
Решение было мгновенным и беспомощным. Он ощущал себя котёнком. Руки эльфа разжали хватку совсем немного. Боль пронзила переломанные пальцы. Эльф охнул. Хватило секунды, враг резко изогнулся. Коготь чёрной жижи, как вода, выросший из руки до половины тела от всей длины чудовища впился в ногу эльфа. Теневой зажмурился от боли и ярости, но не разжал остаточной хватки. Он уже почувствовал, сколько из своих пальцев доломает окончательно, когда вёл скользящими движениями расчётливого охотника на эльфов по тощим рёбрам противника, но в следующую секунду нападавший вырвался на свободу. Эльф поддался из-за угрозы сзади. Словно чьи-то острые когти схватили его за шею и душили на расстоянии. Но на каком? Теневой повернулся, чтобы определить опасность и увидел прямо перед собой насмешливые глаза Ильи. Или его копии. Тень и глаз-то очерченных не имела, но сейчас ему было достаточно видеть перед собой чёткую форму.
Он тут же забыл о своём желании. Справедливость уступила мести. Горящими глазами эльф посмотрел сквозь нового врага. И оценил его. Никогда прежде теневой и не подумал, что им суждено будет когда-нибудь встретиться вот так вновь. Бушующая ярость кровью в ушах оглушила эльфа. Он извернулся и бросился сверху на костлявого, чёрного, каменнокровного. Только краешком взгляда за преграждающей меткой, всегда не вовремя, но не сейчас, зелёным квадратом отразившей солнце, он успел заметить быстро промелькнувший силуэт. В сплетенном комке он узнал Карину, сцепившуюся с одним из нападавших. Ледяная королева сражалась с яростной силой целого континента и хрупкая девчонка с ледяными кольями в руках явно и никогда не нуждалась в помощи. Сумрак даже потерялся от такого великолепия боевой формы и совсем не почувствовал боли, он вырвал свою шею из невидимых тисков и рванулся навстречу. Тень в секунду переменилась, взметнула вверх свои огромные передние лапы напротив. Острые, как шипы, когти на концах длинных пальцев полоснули по уху. Эльф взвыл. Боль опалила его, как огонь. Чужой огонь. Сумрак жалко пошатнулся, и когда противник одним прыжком пригвоздил его к земле, удар Лунного кинжала вслепую впился лезвием кому-то в затылок. Лапа резанула по лицу. Эльф ничего не видел.
— Я больше не могу!
И вдруг он почувствовал, как невыносимая тяжесть, придавившая к земле, испарилась. Сумрак откатился. Фил! Серый кот в его накидке стоял неподвижно, глаза его были сильно расширены, а во рту единственная сила этого эльфа — его теневой диск с Жутью внутри! Как? И когда он потерял связь с вараном?! Сумрак не верил своим слезящимся глазам. Вэл рядом разжала крепкие, словно не кошачьи, но куда более грозящие челюсти, выпуская мёртвую, обвисшую тушу Тени.
