– Привет, старик! – воскликнул Эдуард ван Тондер, прижал к себе Джеймса и ударил его по спине, потом отстранил от себя на вытянутые руки и грубовато похлопал ладонью по щеке. Джеймс со смехом отвернулся. Размашистым рукопожатием и дружескими словами Эду поздоровался с Бегеманнами, потом, раскинув руки, повернулся к Флортье.
– Я хочу поздравить и юную красавицу, разбившую мне сердце!
– Добрый вечер, Эду. – Кровь хлынула в лицо Флортье, когда он крепко обнял ее, и угрызения совести немного утихли, ведь он весело смеялся, как и остальные гости. – Разумеется, я все тебе верну, – быстро прошептала ему она, – украшения и… и деньги, которые ты… за номер…
– Ничего не надо! – перебил он ее лепет так громко, что Флортье покраснела еще гуще и стала оглядываться по сторонам. Гости разглядывали ее с любопытством, но вполне дружелюбно. Эдуард ван Тондер взял бокал с подноса, который держал слуга. – Ты хочешь меня оскорбить? Подарено – значит, подарено, я не хочу прослыть скрягой. У нас это так. – Он взмахнул бокалом и сделал глоток. – Рыцари состязаются ради благосклонности прекрасной дамы, а ее руку и сердце получает лучший из них. Я не могу сказать, что не завидую этому парню… – Он ткнул Джеймса в грудь, а тот хлопнул Эду по плечу. – В конце концов, я ведь первым тебя нашел. Но в тот самый момент, когда он появился на горизонте, мне стало ясно, что я проиграл. Хоть и старался изо всех сил.
– Ты действовал слишком медленно, Эду, – смеясь, возразил Джеймс. – Скромно и медленно!
Эду ван Тондер вздохнул.
– Побежденного не судят… Впрочем, как бы ни было… – Его указательный палец направлялся поочередно на Джеймса и Флортье. – Обращайся с ней хорошо. Иначе ты будешь иметь дело со мной! – Он поднял бокал и с надеждой посмотрел на Флортье. – Может, ты познакомишь меня со своей подругой?
Но хотя его шутки задевали ее гордость, ведь он явно не переживал из-за того, что она предпочла ему другого, все равно она испытывала облегчение.
– Что ж, возможно, – ответила она с улыбкой, получившейся чуточку грустной. Отсутствие Якобины омрачало ее радость от этого вечера; из всех людей на свете ей хотелось бы видеть рядом именно ее. Но тут же в ее глазах вспыхнул лукавый огонек. – Только боюсь, что она уже занята.
– Вот и зря, – добродушно проворчал Эду.
К ним подошел еще один гость, высокий и тонкий, как жердь; костюм болтался на его теле. Он поздоровался сначала с Джеймсом и супругами Бегеманн, затем с Эду.
– Флортье, позволь представить тебе Лу Холтцмана, – обратился к ней Джеймс. – Он живет в Соекабоеми и проделал сегодня, пожалуй, самый далекий путь. Лу – это моя невеста Флортье Дреессен.
– Очень рад, фройляйн Флортье, – проговорил господин Холтцман и крепко пожал ее руку. – Примите мои сердечные поздравления с вашей помолвкой! Яп, я надеюсь, ты простишь, что я приехал к тебе не один. Мой сосед тут недавно и никого не знает, и вот я подумал…
– Конечно, – воскликнул Джеймс и с улыбкой протянул руку навстречу новым гостям: – Добро пожаловать на Яву, господин…
– Господин Ааренс! – с радостью и удивлением воскликнула Флортье. Перед ней был ее попутчик с борта «Принцессы Амалии». – Какой сюрприз!
– Э-э-э… хм-м… да. В самом деле, – пробормотал господин Ааренс и неловко склонился над рукой Флортье. – Примите мои наилучшие пожелания, – проговорил он, выпрямляясь. Судя по его жалкому выражению лица, он не забыл Флортье, но даже не подозревал, на чью помолвку приехал.
– Мы познакомились во время плавания, – с улыбкой объяснила Флортье окружающим, – но после этого потеряли друг друга из виду.
– Так вот, – начал было господин Ааренс и поскреб свою неухоженную бороду. – Я хотел вам засвидетельствовать мое…
– Флортье!
Она поглядела туда, откуда донесся чистый, высокий голос, и улыбка медленно сползла с ее губ.
К ней с сияющей улыбкой подошла молодая женщина в облегающем платье кремовых, голубых и коричневых тонов, прекрасно гармонировавших с ее блестящими голубыми глазами и льняными волосами, которые были элегантно убраны и немного отвлекали внимание от мучнистого лица.
– Флортье Дреессен! Непостижимо! Я не поверила своим глазам, когда получила приглашение!
Флортье лишь заморгала.
– Ты не узнаешь меня? Это я! Эмма. Эмма Мерселиус. Мы вместе учились в средней школе в Леувардене. – Она взяла Флортье за руку. – Поздравляю тебя с помолвкой!
Флортье машинально ответила на ее пожатие и пробормотала витиеватую благодарность, потом потрясла руку господина, который возник возле Эммы.
– Мерселиус. Виллем Мерселиус. Дядя Эммы. Она сейчас приехала ко мне в гости. Очень рад, госпожа Дреессен, что наконец-то познакомился с вами. Я много слышал о вас. – В его маленьких глазках блеснуло любопытство и язвительный намек. У Флортье побежали по спине ледяные мурашки.
– Вот уж действительно, какая случайность, – снова затараторила Эмма Мерселиус, – что мы встретились здесь! Как ты жила и чем занималась, с тех пор, как мы с тобой в последний раз…
