Щеки вспыхивают. Когда я тянусь к застежкам на спине платья, человеческая часть натуры съеживается где-то внутри. Одеваться мне помогала Клара, но крючки находятся довольно низко, и я вполне могу справиться сама. Фейри во мне подскакивает от возбуждения, заставляя пальцы двигаться быстрее, под стать участившемуся пульсу.
Удивленный, Франко быстро поворачивается ко мне спиной.
– Я не думал, что ты серьезно, – произносит он, взглянув через плечо.
– Не смей на меня смотреть! – вскрикиваю я, в голосе прорезаются высокие нотки. – Я сниму и туфли.
Франко застывает.
– Ты уверена?
– Только если ты не будешь подглядывать.
– Не буду, – обещает он.
Плохая идея. Очень плохая…
Глубоко вздохнув, я стягиваю лиф и выскальзываю из платья. Может, не снимать нижнее белье? Но стоит лишь подумать, как я выхожу из озера в мокрой сорочке… Внутри рождается смелость, побуждающая не отступать. Я расстегиваю корсет, скидываю нижние юбки и стягиваю через голову сорочку. Потом развязываю ленты, удерживающие туфли на ногах.
Обнаженной кожи касается легкий ветерок, и я борюсь с желанием прикрыться. Здесь никого нет. Лишь мы с Франко под ночным небом. И я вдруг ощущаю себя храброй, отважной и даже чуточку красивой…
– Я снимаю туфли.
– Хорошо, – хрипло выдыхает он, голос заметно дрожит. Прочистив горло, принц добавляет: – Принеси мой галстук.
– Зачем?
– Чтобы завязать глаза.
Тяжело сглотнув, я делаю глубокий вдох, второй, третий… И, наконец, сбрасываю обувь.
Я быстро подхожу к куче оставленной Франко одежды и, подхватив галстук, спешу к кромке озера. Я взвизгиваю, когда холодная вода касается голых лодыжек, икр, бедер…
Подняв галстук повыше, я почти полностью погружаюсь в озеро, и над поверхностью воды остаются лишь голова и плечи.
– Иди сюда, только не смотри.
Франко плывет назад, к скалистому берегу рядом со мной, над водой виднеется лишь его голова. Когда принц подплывает почти вплотную, я закрываю ему глаза галстуком.
– Я бы и сам справился, – хрипло произносит он, и от его тона подкашиваются ноги.
Стараясь дышать как можно ровнее, я завязываю полоску ткани у него на затылке. Принц тут же поворачивается ко мне лицом.
Я чуть сильнее погружаюсь в воду.
– Ты ведь меня не видишь?
– Нет, но прекрасно знаю, где ты.
Франко плещет водой в мою сторону. Взвизгнув, я посылаю брызги ему в ответ, но он ныряет под воду и уплывает. На сердце вдруг становится совсем легко, и я плыву следом за принцем. Как ни странно, я с легкостью вспоминаю движения, выученные еще в детстве – рассекать воду и плыть, скользя почти у самой поверхности, – и быстро ловлю нужный ритм. Я не осмеливаюсь заплывать далеко и держусь неподалеку от берега.
Через некоторое время Франко возвращается и уверенно движется прямо ко мне. Внутри снова зарождается страх.
– Ты меня точно не видишь? – спрашиваю я, когда он замирает в нескольких футах от меня.
– Точно, – смеется он.
– Тогда почему меня не покидает ощущение, что ты прекрасно знаешь, где я?
– А я и знаю.
Мы кружим неподалеку друг от друга, держа лишь головы над поверхностью воды. Я плыву то в одну сторону, то в другую, но принц неизменно тут же поворачивается ко мне. Не сомневаюсь, он с легкостью ловит звук, и все же…
Стараясь двигаться как можно тише, я медленно возвращаюсь к берегу и плыву вдоль края озера. Принц пугающе точно поворачивает голову в нужную сторону.
– Франко, – сквозь зубы бормочу я.
– Что?
Рассмеявшись, он брызгает водой в мою сторону, словно посылая тысячи сверкающих в лунном свете бриллиантов. Зависшие над озером светлячки поспешно разлетаются в разные стороны.
– Пусть ты и фейри, но вряд ли настолько хорошо слышишь.
– Ты меня недооцениваешь. – Он подплывает ближе, сокращая расстояние между нами. – Но нашел я тебя вовсе не по звуку.
Я плыву ближе к берегу, туда, где могу твердо встать на ноги.
– А как же тогда?
– Все дело в твоей энергии. Я ощущаю ее так же ясно, как если бы видел глазами. – В его голосе слышится тоскливая нотка, от которой внутри все переворачивается.
– Каково это – чувствовать энергию?
– Трудно объяснить, – медленно приближаясь, начинает принц. Он замирает в шаге от меня – достаточно близко, чтобы коснуться, если возникнет желание. От этой мысли по телу пробегает дрожь. – Я ощущаю энергию всеми органами чувств, различаю ее цвета, оттенки вкуса и ароматы. Со временем я научился понимать, что означают определенные сочетания. У каждого есть свой особый энергетический след, по которому я смогу узнать человека или фейри, если достаточно долго находился с ним рядом. А твой – особенно яркий. Хотя так было не всегда. Я уловил твой энергетический след вовсе не при первой встрече, а лишь к концу той злополучной прогулки в карете. Но в опере он изменился. Или, может, лишь усилился.
– Усилился?
