Спустя несколько мелодий я вновь теряюсь в музыке. Всякий раз, замечая кого-то из сестер, я растворяюсь в толпе, чтобы они меня не увидели. Точно так же я прячусь от мистера Ворона. Весьма странно, но я ни разу не натыкаюсь на мачеху или брата Маруса. Может, они отправились ужинать? Мне же лучше! Конечно, я избавилась от миссис Коулман лишь на короткое время. Как только закончится бал, я вновь окажусь рядом с ней в тесном экипаже и вернусь в Серый квартал.
А этот вечер превратится в сон. В воспоминание.
Я пробираюсь к помосту, чтобы снова посмотреть на музыкантов. Принц Франко, не столь давно соизволивший вернуться на бал, опять развалился на троне, и я старательно отвожу от него взгляд. Пока его не было в зале, я неплохо проводила время, но и теперь не собираюсь отступать.
Несмотря на минуты, проведенные за пианино, при взгляде на музыкантов внутри вновь зарождается желание играть. Наверное, я никогда не смогу насытиться. Даже сейчас, когда до сих пор почти чувствую поверхность клавиш кончиками пальцев, мне хочется взобраться на помост и занять место рядом с пианистом.
Очарованная, я лишь в последний миг краем глаза замечаю знакомую светловолосую голову. И понимаю, что в этот раз не повезло – прямо ко мне направляется Клара. Я поспешно поворачиваюсь спиной к помосту, но не успеваю сделать и пяти шагов. Затянутой в перчатку рукой сестра хватает меня за плечо.
– Не делай вид, что не заметила меня, Эмбер, – произносит она, когда я поворачиваюсь к ней лицом. – Думаешь, мне нравится гоняться за тобой по всему залу?
Черпая силу в музыке, я вздергиваю подбородок.
– Я всего лишь пыталась не мешаться под ногами. Все как ты любишь.
Клара усмехается, и выражение ее лица ярко противоречит надетым на ней чарам.
– Как ты меня бесишь! Да я бы и не подошла к тебе, но мама велела тебя отыскать.
Внутри все опускается.
– Зачем я ей понадобилась?
– Не знаю, – с усмешкой отвечает Клара. – Наверное, пора уезжать.
– Уезжать? Но бал еще не закончен.
Сама-то я не против уехать пораньше, но не в привычках мачехи покидать подобные празднества прежде, чем разъедутся все важные гости. К тому же сейчас вряд ли больше десяти вечера.
– Я ничего не знаю. Спроси у нее. – И Клара уходит, бросив мне через плечо: – Пошевеливайся!
Я бросаюсь вслед за сводной сестрой. Пройдя через бальный зал, она выходит в коридор, где стоят миссис Коулман и Имоджен.
Когда мы подходим ближе, мачеха раздраженно вздыхает.
– А ты не слишком торопилась. Идемте.
Клара с Имоджен идут по коридору вслед за миссис Коулман, я же плетусь в нескольких шагах позади. Когда мачеха сворачивает в боковой коридор, дочери, как и я, бросают на нее удивленные взгляды.
– Мама, куда мы? – спрашивает Имоджен. – Разве нам не нужно к экипажу?
Миссис Коулман самодовольно усмехается.
– Мы не вернемся в это ржавое корыто. До конца сезона мы остаемся жить во дворце.
Я чуть не спотыкаюсь, а Имоджен и Клара лишь изумленно смотрят друг на друга.
– Как ты этого добилась? – спрашивает Клара.
– Когда же вы научитесь мне доверять? Вы ведь знаете, у меня свои методы.
– Мама, во дворце не селят первых встречных, – возражает Имоджен. – Особенно на целый месяц. Что ты сделала?
Улыбнувшись дочери, миссис Коулман окидывает меня взглядом. На лице ее мелькает странное выражение, и я ощущаю растущий внутри страх.
– Скоро поймете.
Мы шагаем вслед за мачехой, поднимаемся по затейливо украшенной лестнице и попадаем в узкий коридор, куда выходит несколько дверей. Постучав в одну из них, миссис Коулман разглаживает созданные чарами юбки. Дочери тут же начинают поправлять прически и подтягивать перчатки. Я же борюсь с неуклонно растущим беспокойством, зародившимся во мне после странного взгляда мачехи. Что бы она ни задумала, для меня это добром не кончится.
В комнате слышатся шаги, и миссис Коулман бросает на меня быстрый взгляд.
– Сними маску, – шипит она.
Сбитая с толку, я даже не пытаюсь спорить и развязываю ленту, на которой держится серебряная маска. И в тот же миг дверь распахивается. На пороге возникает мужская фигура.
Сердце бешено колотится в груди.
Передо мной брат Марус.
Сейчас он без маски, и я отчетливо вижу его лицо. Он и в самом деле выглядит молодо, как я предположила еще в зале, но в темных глазах нет ни капли тепла. К лацкану по-прежнему надежно крепится эмблема ордена, вызывая во мне тошноту.
Марус вежливо кивает мачехе – та в ответ чуть склоняет голову, – а потом окидывает меня взглядом.
– Рад вас видеть, – говорит он миссис Коулман, продолжая пристально меня рассматривать.
– Брат Марус, мы рады несравненно больше, – отвечает мачеха и делает шаг в сторону, жестом веля дочерям подойти ближе к ней. Теперь меня никто не скрывает. – Вы знакомы с моей падчерицей Эмбер Монтгомери.
– Удовольствие снова видеть вас, – с улыбкой произносит он. Наверное, кто-то мог бы даже посчитать его красивым, но я чувствую лишь волнами пробегающее по телу отвращение.
Каким-то чудом я нахожу в себе силы кивнуть, хотя мне хочется лишь пуститься бежать.
