– Хорошо, – сказал Уэс, бросая цепь с вопросительным взглядом, устремленным на Патрика, который смотрел на него так же ошеломленно.
Кажется, они начали догадываться, что о некоторых вещах Лукас умолчал. Сначала он просит меня ему довериться, а теперь вовлекает в свои безумные планы? Именно меня? Когда это я успела заверить членов его команды, которые, помимо Шарлотты, стали моими друзьями, что в этом поместье нет никаких призраков?
– Для чего нужны эти скомканные свертки? – спросила я, пытаясь расслабиться.
В ответ Лукас лишь поправил свои очки и передал Шарлотте узелок, оставив один себе. А затем достал мангал для гриля.
– Дым от сожженного шалфея помогает изгонять злых духов, – пояснил Лукас.
– Но его слишком много, – сказал Уэс и, вытащив из кармана серебряную зажигалку, зажег свой сверток сушеных листьев шалфея. Затем он задул вспыхнувшее пламя, и в воздух поднялись клубы серого дыма. – Для одного дома.
– Только не для этого. – Лукас искоса посмотрел на Уэса.
– Обычно мы не сразу прибегаем к таким радикальным мерам, – объяснил Патрик, устанавливая штатив видеокамеры. Шарлотта тем временем принялась отслеживать длинные воздушные дымки в дверных проемах и вокруг окон, расположенных в фойе. – Но… раз уж мы здесь не для обычного исследования, будем действовать по-взрослому.
– На этот ритуал полагаются многие исследователи паранормальных явлений, которые пытаются избавиться от демонических сил, – добавил Лукас. – Но иногда духи плохо реагируют на шалфейный дым, поэтому нам все же лучше быть начеку.
– Зануда Лукас хотел сказать, что мы все до смерти напуганы, – подчеркнул Уэс, приближаясь ко мне и передавая в руки зажигалку. Подражая Уэсу, я приложила один конец свертка к вспыхнувшему пламени и подождала, пока он загорится, прежде чем его задуть, как и все остальные. Клубящийся серый дым начал вздыматься над истлевающими скомканными листьями, от которых исходил горячий землистый аромат. Именно он и напомнил мне о Лукасе.
– Арманд, если я начну дрожать, ты же возьмешь меня за руку? – поинтересовался Уэс.
Мои щеки покрылись розовым румянцем, как и у Лукаса, однако он, в отличие от моего смущения, испытал приступ ярости.
– Ты это на полном серьезе? – спросил он. – Прямо у нас на глазах?
– Несносность – это мой защитный механизм, – сумничал Уэс. – И, как я говорил с самого начала, когда мы только основали нашу команду, в подобных ситуациях нам не обойтись без а) настоящего священника и б) святой воды.
Патрик возразил, подняв указательный палец вверх.
– Смею сказать, что как раз таки твой любимый священник и создал нам призрачные проблемы.
– Мелочи, – ответил Уэс.
– Это твой мозг – мелочь, – съязвил Патрик.
– Попрошу заметить, Патрик, что мозгов у меня более чем достаточно.
Несомненно, паленый запах жженых листьев заполонит весь дом, и за это мне придется как следует извиниться перед отцом. Но сейчас это волновало меня меньше всего, особенно если учесть, как искусно я солгала доктору из клиники.
Когда папа пришел в себя, я вернулась в больницу и слушала, как он бесконечно обвинял себя в том, что еще в самом начале не удосужился проверить громадную люстру. Конечно же, он решил, что все дело в заржавевших креплениях. Но что он скажет, когда увидит оборвавшуюся цепь? Когда он спросил, почему я так запаниковала, я решила все свалить на ночной кошмар, который казался очень реальным. В каком-то смысле, так оно и было. После этого он потребовал, чтобы я немедленно сдала анализ на отравление угарным газом, и, пообещав, что сначала проверю домашнюю сигнализацию и обязательно позвоню в службу, если что-то будет не так, я его успокоила.
У нас действительно были проблемы с сигнализацией, и мне пришлось попросить о помощи. Но не с угарным газом. И теперь, когда Чарли и папа были в безопасности, я наконец-таки смогла позволить УЖАСному отряду войти в дом и разобраться с призраками из потустороннего мира.
Однако никто, кроме меня, даже не подозревал, что дома обитало не только чудовище.
Его глаза. То, как они смотрели мне вслед, прежде чем тысяча черных перчаток утащила их обратно во тьму, меня потрясало. Его маска могла скрыть прекрасные черты лица, но только не два светящихся огонька, в которых теплился последний лучик надежды.
За этой обезображенной маской и сверкающими глазами скрывался человеческий скелет, до которого я трепетно дотрагивалась и нежно обнимала. Он был настоящим.
– Привет. – Уэс толкнул меня локтем, словно мы собирались прогуляться по площадке для встречи выпускников. – Давай изгоним призрака вместе?
– Ты вроде сказал, что это демон.
– А ты мне сказала, что ни с кем не встречаешься, – сказал он с волчьей ухмылкой.
И тут Патрик еще раз неодобрительно взглянул на Уэса.
– Чувак, может, прекратишь быть самым противным существом в этом здании и уже поднимешь свою чудесную задницу на второй этаж? Я с тобой не пойду. У меня и так по спине мурашки из-за того, что я буду один на съемочной площадке «Детей кукурузы».
