– Стефани, – продолжил я.
– Она его заложница, – удрученно сказал Растин, нахмурившись еще сильнее. – И это понятно каждому.
– Но? – Я рассерженно скрестил руки, предчувствуя нежелательный поворот диалога. Однако, раз уж мы начали говорить о Стефани, назад дороги нет.
– Но, – начал Растин, – Эрик тоже является пленником.
– Оу, – вмешался Уэс, за что я впервые был ему благодарен, потому что мне не пришлось отстаивать нашу точку зрения в одиночку. – Тот самый пленник, который дважды почти тебя убил?
– Вы должны мне поверить. – Растин закрыл глаза, словно его головная боль лишь усилилась за время пребывания в нашем обществе. – Сейчас он временно изменился. Уже очень долгое время он не был самим собой.
– Зедок и Эрик, – твердо произнес я. – В последний раз прошу тебя рассказать, какая между ними связь?
Растин рассмеялся, и от этого мерзкого смеха волосы на моих руках наэлектризовались и встали дыбом, как кошачий хвост.
– Зедок и Эрик – один и тот же человек, – ответил он. – В какой-то степени.
Облизнув сухие губы, Уэс сказал:
– Допустим. Теперь, когда все стало ясно…
– Нет, это очень сложно объяснить, – Растин обеспокоенно вздохнул. – Так же сложно, как и понять.
– Но, может, у тебя все же получится рассказать нам правду, – попросил я, уповая на то, что он немедленно передумает и поймет, что сейчас только мы могли его выслушать и, возможно, поверить. Точно так же, как и он был единственным, кто догадывался о наших подозрениях насчет Стефани и ее пребывания в альтернативном измерении.
Нам нужна была помощь Растина. Как и мы были нужны ему.
Именно к этому и сводился весь наш разговор. Удивительно, что Растин уже полностью оправился после кровопролитной борьбы с Эриком, но все еще не решался уйти. Почему? Неважно, что ему было нужно. Главное – это то, что нас объединяла общая цель.
Спасти Стефани.
– Если кто-нибудь приготовит мне горячий чай, – сказал Растин, – и желательно – масала, тогда я расскажу все, что знаю об Эрике и его проклятии. Я не могу заставить его пожалеть. Возможно, никто из нас, и даже я сам, больше не в силах испытывать к нему сочувствие. Но… если вы и правда настроены на то, чтобы понять, зачем он причиняет людям столько зла, тогда вам придется представить себя на его месте. Или, в данном случае, примерить его маски.
В подвале воцарилась гробовая тишина.
Затем Шарлотта тяжело вздохнула и, повернувшись лицом к лестнице, сказала то, что никто из нас не смог бы. Потому что не знал, как.
– Я поставлю чайник.
Она проснулась, широко распахнув глаза и устремив свой взгляд на пылающий очаг.
Безмолвную тьму, окутывающую гостиную, нарушало лишь серебряное сияние зимней луны, просачивающееся сквозь окна.
Стефани лежала, укутанная, на кушетке, которую я заставил Вину и Хитрость пододвинуть поближе к огню. Сев, она поискала меня глазами, но не там, где я сидел последние несколько часов, наблюдая за ней. Вместо этого она повернулась на звук, который, хотя и был тише, чем потрескивание огня и тиканье каминных часов, но все равно разбудил ее.
Это был шепот Зависти и Злобы.
Не придавая значения тому, что теперь их место было занято Стефани, мерзкий дуэт продолжал распускать сплетни, отбрасывая мрачные тени у эркера, залитого лунным светом.
– Ш-ш-ш, – прошипела Зависть. – Она проснулась.
– Кажется, веселье уже близко, – ответила Злоба.
Для меня их гнусные мысли были очередным сигналом тревоги, поэтому я немедленно сорвался с места и решил самостоятельно намекнуть Стефани о своем присутствии, нежели доставить блаженное удовольствие этой чудной парочке.
– Они безобидны, – произнес я.
Тут Стефани резко развернулась на звук моего голоса, который сильно отличался от того, который она знала.
Я двинулся вперед, выныривая из темноты, и меня осветил свет, излучаемый камином.
В ответ Стефани как можно выше натянула на себя одеяло, которым Желание ее укрыла, со связанными руками изо всех сил пытаясь укрыться пуховым одеялом, которое мое Желание еще крепче прижало к телу.
– Что случилось? – тихо спросила она, обращаясь к самой себе.
Тем не менее, я решил ей ответить.
– Ты упала в озеро и начала тонуть, а я тебя вытащил.
– Лед, – ее воспоминания вернулись. – Я была заперта внутри него.
– Да.
– Но как ты это сделал?
– Я сильнее, чем ты думаешь.
– Но… я же утонула.
Прислонив руку к груди, она отчаянно сжала кусок белого хлопкового платья, которое я ей подарил.
– Ты сама осушила озеро, пока была без сознания.
Однако правда была в том, что я освободил ее легкие от соленой воды, воспользовавшись той же магией, с помощью которой чуть не прикончил Растина. Но сейчас Стефани была слишком уязвима, чтобы узнать об этом.
– Тот, – сказала она и начала задыхаться, словно прочитала мои мысли. – Кто пришел меня спасти. Ты его убил?
– Живее всех живых, – с усмешкой ответил я.
– Значит, ты его отпустил?
Можно ли сказать, что я его отпустил? Да. Хотя, если быть точнее, ему удалось сбежать.
– Я уже сказал, что не стал его убивать. Веришь ты или нет.
