– Хватит, – громыхнул голос Лукаса, останавливая удары. Я вздрогнула, когда Хорхе согласился на его условия.
Черт возьми.
Я бы уничтожила Лукаса. Буквально бы убила.
Глаза сами по себе прикрылись. Сальная ладонь коснулась запястья, меня потянули в сторону. Один из парней Лукаса перехватил переноску с Генри. Я взглянула на Хорхе и едва не закричала.
Под его глазами тлели синяки, из разбитого носа текла кровь, заливая такие же разбитые губы, подбородок, шею и футболку. Он стоял на коленях, едва держась в сознании, устало опустив руки на колени, словно был готов встретить свою смерть. Поистине жуткое зрелище. Оно пугало меня. Меня пугал его взгляд, полный скорби.
– Хорхе! – Единственное, что слетело с языка, когда меня потянули к выходу.
Горячие слезы стекали по моим щекам точно так же, как кровь текла по его лицу. Вот только я не испытывала физической боли. Только всепоглощающую ненависть к самой себе.
Меня вывели на улицу, вручили переноску с Генри, которого я тут же взяла на руки. Малыш заливался слезами, будто чувствовал все то же самое, что и я сейчас. И он плакал так горько, что мне хотелось присоединиться к нему. Но я все равно молчала, глотая слезы, беспорядочно целуя Генри в макушку, прижимая к груди в попытке успокоить и его, и себя.
Не знаю, сколько прошло времени. Я до жути боялась, что Хорхе уже никогда не выйдет оттуда живым.
Но моим страхам не суждено было сбыться, по гравийной дороге в облаке пыли в нашу сторону ехало еще несколько машин. И это точно не люди Санчеса.
Большой внедорожник остановился прямо около двери в ангар, оттуда вышли парни с оружием, за ними подтянулся Аарон, но никто не стрелял. Люди Лукаса стояли неподвижно.
Мне оставалось лишь надеяться, что перестрелки не случится. И, кажется, ее и не задумывалось.
Аарон подошел к одному из мужчин. Из машины тут же вылетела Луиза, бегло оглядываясь по сторонам, подбежала ко мне и Генри. Облегченно выдохнула, будто ее худшие предположения не сбылись.
– Мое сообщение все-таки дошло? – всхлипнула я. Лу прижала к себе, не говоря ни слова.
– Хорхе внутри с Лукасом, – Тайфун подошел к нам.
– Мы побудем здесь, иди, – Лу кивнула на вход.
– Черта с два я оставлю тебя рядом с этими придурками, птичка, – покачал головой парень, а я снова молча заплакала. Слишком гадко стало внутри, будто кто-то разлил нефть по органам, и она липла к ним, окрашивая в черный, отравляя, заставляя задыхаться, медленно умирать.
Тайфун качнул головой, Луиза послушно подтолкнула меня к двери. Мы снова оказались внутри. Теперь к запаху гари, дыма и пластика добавился металлический, сладковатый привкус крови.
Он стоял перед Лукасом на коленях, кажется, не совсем соображая, что происходит.
– Почему тебе спокойно не живется, Лукас? – спросил Тайфун. Хорхе, качаясь из стороны в сторону, нашел его фигуру мутным взглядом. Его глаза расширились от ужаса, будто это ангел смерти пришел по его душу. И я понимала его страх, понимала, почему он испугался. Он ведь только что согласился сдать Аарона. Хотя я была уверена, что Хорхе последний, кто смог бы так легко рассказать все о Тайфуне и его делах.
Лукас тут же потерял к Хорхе интерес, он сказал что-то Аарону, когда тот приблизился. И еще несколько минут они тихо переговаривались, пока я снова заставляла себя смотреть на единственную фигуру на коленях.
Хотелось подбежать к нему, упасть рядом и бесконечно извиняться. Но я боялась сделать хоть шаг, боялась сделать ему больно и боялась того, что он оттолкнет. Мы с Лу замерли немного в стороне от выхода. Ее ладонь крепко держала мою, а взгляд зеленых глаз с прищуром наблюдал за Лукасом и Тайфуном.
Аарон что-то сказал Лукасу, тот кивнул, бросил взгляд на Хорхе и просто вышел на улицу. Тайфун подлетел к Хорхе.
– Убей меня, Аарон. – Вначале мне показалось, что это лишь игра моего воображения, случайность. Так тихо он произнес эти слова. Так тихо, будто они ничего не значили.
Вот только они значили чертовски много.
Казалось, Хорхе не замечал никого вокруг. Он смотрел на Аарона, прижимал его пистолет к своей груди и просил, чтобы тот убил его. И на какую-то долю секунды мне показалось, что Тайфун так и поступит. Луиза отвернулась, она не сдержала слез. Это было выше моих сил. Я тоже не могла смотреть на происходящее. Оно было большей пыткой, чем то, что происходило до этого.
Хорхе просил его убить. А Аарон обнял его. Порывисто прижимая к себе, не обращая внимания на кровь, синяки и порезы. Так, будто боялся потерять, а все сделанное и несделанное не имело значения.
Тайфун помог ему подняться, и вот тогда Хорхе посмотрел на меня. Во мне хранилось так много слов, что я просто открывала и закрывала рот, не находя правильных формулировок. Да и что я могла сказать? Прости? Разве это бы искупило все то, что я совершила? Уменьшило бы его боль?
Конечно нет.
