Сердце сумрака полностью

Я не смогла закончить фразу. Потому что руна опровергла мои слова – над одним из гостей виднелось темно-красное свечение.

Я повернулась, и руна точно маятник, качнувшись за мной, указала на одного, второго, третьего, четвертого человека. Руна Обречения сидела внутри четырех гостей – включая лорда Эйдана.

– Тия? – окликнул меня Кален, потом поравнялся со мной, когда я, моментально протрезвев, зашагала в центр зала, где принялась так быстро, как только могла, чертить руны Предсказания. Они вспыхивали в воздухе словно светлячки. Собравшись с духом, я встретила нахлынувшую на меня лавину чужих мыслей.

«…им нужно устраивать охоту на нангхаитья каждый год. Полагаю, можно было бы убедить южан разрешить нам использовать их таурви разок-другой…»

«…разбавленную бурду, которую делают в нынешние времена. Буквально два года назад у нас было отличнейшее светлое пиво прямо из Стирфолла…»

«…скоро придется уходить. Иначе жена не обрадуется, если я опоздаю, даже не посмотрит ни на какую охоту…»

«Друж». Среди огромной массы громких мыслей ядошанцев звучал один едва различимый шепот, от которого несло отвратительной магией и злобными заклинаниями. «Король Аадил».

За одним из столов, немного в стороне ото всех, сидел в одиночестве мужчина, перед ним стояла нетронутая кружка с пивом. Он был одет как ядошанец и даже выглядел соответствующе: высокий, с большой бородой и темными глазами. Как только наши взгляды встретились, мысли зазвучали отчетливее.

«Друж, – прорычал его разум. – Аадил, Король мира, всех Живых и Мертвых, да будет его дом процветать отныне и до скончания веков…»

Мужчина подскочил с места, я тоже бросилась вперед. На кончиках его пальцев зашипели магические искры, и я мигом поняла, что он задумал. Мои движения были быстры, точны и лаконичны, поэтому я раньше его вывела свою руну.

– Стоять! – выкрикнула я, и в зале воцарилась тишина.

Ядошанский самозванец, задыхаясь, замер с широко раскрытыми глазами. Его рука зависла в воздухе на последнем взмахе, который должен был превратить Эйдана и еще трех человек в обреченных – уродливых дэвоподобных существ. Усилием воли я заставила мужчину опустить руку и тем самым рассеять незавершенную руну.

Затем замахнулась и с силой треснула его кулаком в подбородок. При ударе костяшки моих пальцев приятно хрустнули – надеюсь, я сломала ему челюсть, – и мужчина без сознания рухнул на пол.

– Этот человек, – объявила я гостям, – дрихтианец! – После чего согнулась пополам и наблевала на свои ботинки.

В Анкио вплыла огромная кионская армия, которая была оставлена нами в Даанорисе. Для сопровождения кораблей, чтобы доставить их на материк как можно быстрее, Зоя призвала на помощь немало аш.

Госпожа Пармина возглавляла первый полк, они же несли тело Темной аши, леди Микаэлы. Ее останки были аккуратно помещены в гроб изо льда – задумка, без всякого сомнения, принадлежала госпоже Дома Валерианы, – сквозь его матовую поверхность почти ничего не было видно, но ее прозрачности хватало на то, чтобы мельком заметить то, что находилось внутри: локон золотых волос, неподвижная кисть руки, складки хуа. Люди, понурив головы, молча встречали лошадей, везущих ее гроб по мощеным дорогам. Невзирая на то что леди Микаэла была Темной ашей, в Кионе ее горячо любили, все до единого жители города со слезами на глазах провожали процессию, протянувшуюся до квартала Ив, где женщина найдет свое последнее пристанище.

Я стоял у края толпы и наблюдал за тем, как навстречу им выехали императрица Аликс и принцесса Инесса, лорд Фокс держался позади. Обе королевские особы плакали. Стройную фигурку дочери сотрясали рыдания, в то время как мать с прямой спиной сидела в седле, а по ее лицу без остановки бежали слезы.