Сердце Тайфуна полностью

– Поехали. – Я спешно поднялся, оглядывая то, что уже успели привести в порядок: потолочные светильники и прожекторы заменили, купили новые столы и диваны, и теперь они, как раньше, стояли друг за другом ровной линией, а разбитые зеркала больше не висели на стенах – их убрали, а от новых решили отказаться – вдруг кому-нибудь придет в голову пострелять еще раз. Да и говорят, что разбитые зеркала – плохая примета, несущая за собой несчастья и прочую ересь, в которую я не верил. На все воля Всевышнего. Даже на страдания и боль.

Хорхе мгновенно поднялся следом, кивнул рабочим и направился за мной на улицу.

– Куда?

– В церковь, потом к Пересу. – В зеркале заднего вида мелькнул понимающий взгляд, затем машина двинулась вперед.

Спустя десять минут я уже стоял на залитой солнцем площадке, рассматривая привычный пейзаж: голубое чистое море внизу, зеленые холмы, заставленные будто бы игрушечными домиками, и витиеватые дороги, поднимающиеся по склону. Интересно, если церковь находилась на горе, то человек становился ближе к Богу?

Я оставил курящего Хорхе позади, зашел в небольшую часовню. Когда-то по этим же выровненным дорожкам ходила моя мать, так же молилась, сидя на скамейке в углу, так же размышляла о жизни и собственном пути, а теперь все это делал я. Правда, с меньшей верой в сердце. Никто не мог любить и верить так, как она.

Тень и легкая дымка скрыли меня почти полностью, когда я опустился на самый край деревянной лавки. В это время церковь пустовала, оставляя необходимое мне уединение. Запах ладана проникал в легкие, почему-то снова не душа, не принося облегчение, а просто витая вокруг и будто бы аккуратно дотрагиваясь до лица.

Существовало ли где-то для меня спасение?

Я опустил голову на сцепленные руки, чувствуя, как внутри все разрывалось от противоречий. Почему? Почему я находился сразу на трех сторонах? Когда нужно сделать выбор и отказаться от одной из них: оставить Бога, честь или черное наследие? Я знал, что до этого выбора еще не дожил, но он ждал где-то в скором будущем. Нельзя плыть на двух лодках сразу – перевернешься, а что говорить, если их сразу три?

– Прости меня, Господи. Даруй мне истинный путь для спасения души, – прошептал я, а затем перекрестился и покинул часовню.

Что, если спасение мне не нужно?

Я, по обыкновению, оглянулся на клумбы, засаженные разноцветными растениями, за которыми ухаживали заботливые руки послушниц. И даже в нашем уголке под палящим, жарким и жестоким солнцем появлялась красота, созданная лишь заботой. Интересно.

– Вы тоже тут? – тихий голос раздался сбоку, заставив нервно сглотнуть и едва не вздрогнуть. Я повернулся, натягивая на лицо легкую полуулыбку. Передо мной, склонив голову, стояла Мария в привычном длинном одеянии и с платком на голове. Признаться честно, такой ее вид был более привычен, чем летнее платье, в котором она появилась в кабинете отца.

– Уже ухожу, – отозвался я вместо приветствия. Девушка густо покраснела, отведя глаза в сторону.

Мария сильно отличалась от своей сестры: ниже ростом, с пухлыми розоватыми щеками, светлыми волосами и яркими зелеными глазами, глядящими так невинно, что мне вмиг захотелось удавиться, потому что в памяти всплыл весь список моих грехов.

– Моя помощь здесь на сегодня тоже окончена, – улыбнулась она, вводя меня в ступор.

Невеста.

У меня есть невеста?

Еще несколько дней назад я сидел здесь и не знал, что делать. Никаких невест не было, а уж тем более свадеб и партнеров. Как все так быстро изменилось?

– Тогда нам по пути.

– Спасибо. – Я легко подтолкнул ее в нужную сторону, ощущая себя так нелепо и неловко, что был готов провалиться сквозь землю. Мария, кажется, не чувствовала себя как-то неправильно, она послушно шла впереди, изредка замедляясь и бросая взгляд назад, в мою сторону, будто я действительно мог раствориться в воздухе. И если это знак свыше – наша встреча, то я этого намека не понимал.

Хорхе очень удивился, увидев меня в ее компании, но все-таки промолчал. Хотя он, скорее всего, выскажется по этому поводу потом. Я открыл для девушки дверь, Мария благодарно кивнула, аккуратно усаживаясь на кожаное сиденье. Я обошел машину, оказываясь на привычном месте.

Эта ситуация все еще не укладывалась в моем понимании. И казалось бы, сейчас совсем другие дела требовали внимания, а я делал то, что вроде бы имело смысл, – заключал сделки, подвозил Марию домой. Но почему-то душа сопротивлялась этому. Возможно, нам нужно узнать друг друга получше?

И без внимательного взгляда Хорхе в зеркале.

– Ты часто сюда приходишь? – спросил я, пытаясь задавить неловкую тишину.

– Каждый день, – мягко улыбнулась она, – тут спокойно и тихо.

– Можно вопрос?

– Да.

– Вы не ладите с сестрой?