Сердце Тайфуна полностью

Я подолгу рассматривала каждое движение, отдававшее плавностью и легкостью, словно женщина была призраком. Она была красива. И я знала, что она до безумия добра.

– Луиза! Идем! – кто-то окликнул меня, заставляя развернуться и отвлечься от разглядывания Розы.

Я обернулась, улыбка расползлась по лицу, когда я узнала того, кто меня звал. Аарон стоял около забора из желтого кирпича, махал одной рукой, а второй гладил старую собаку по голове.

Ноги сами понесли меня к мальчику. Я знала, что сейчас мы точно обсудим нашу любимую сказку, которую мамы читали нам перед сном.

Мы сели под тенью высокого дерева. Старая церковная собака прилегла между нами так, что мы по очереди ее гладили, переговариваясь и обсуждая впечатления от сказки.

– Ты бы пошел по этой дороге? Пошел бы искать ответы?

– Пошел бы, если бы нашел по пути тебя, – улыбнулся Аарон, и в этот момент я поняла, почему так любила наблюдать за той женщиной. У них была одна на двоих улыбка.

Горячие слезы стекали с щек, безмолвно капая на колени и заглушая все остальные мысли.

Пошел бы, если бы нашел по пути тебя.

Аарон.

Боже, неужели мы были знакомы задолго до всех этих событий? Почему раньше не копнули в эту сторону? Почему не додумались до того, чтобы спросить у кого-то? Если наши мамы ходили в одну церковь, были убиты в один день, то ведь логично, что они могли общаться.

Я шумно выдохнула, пытаясь успокоить поток слез и страха, который грозил перевалить за грань, сорваться в самую настоящую истерику. Нельзя терять самообладание, нельзя поддаваться этим эмоциям.

Хотелось поделиться своими догадками с Аароном, хотелось увидеть то, как он задумчиво курит, выпуская серый дым в воздух, как успокаивающе обхватывает мои ладони, окутывая теплом и безопасностью. Черт возьми, мне так хотелось оказаться рядом с ним, пусть и далеко из-за моей семьи, но хотя бы в одном доме.

С ним было спокойно даже в самые неспокойные моменты. Его голос выдергивал из пучины страха и ужаса. И я до жути хотела снова оказаться рядом. Пусть он хоть вечность целует Марию, пусть хоть никогда больше не касается меня, но существует где-то поблизости, стирая страхи так же легко, как ластик стирал карандаш на бумаге.

– Лу? – Кажется, я уже видела пресловутый свет в конце тоннеля. Он слепил глаза, вызывал панику, сковывающую по ногам и рукам, и ни капли не приносил спокойствия. Только ужас. Я не хотела умирать. Я была не готова к смерти. И не потому, что не очистила душу, а потому, что еще не жила нормальной жизнью, не испытала огромной любви и не увидела ребенка Генри. Мне рано умирать, но, кажется, Бог решил по-другому, потому что голос Аарона все повторял и повторял мое имя, а я никак не могла понять, почему именно он сопровождает меня на тот свет.

– Луиза! – Теплые ладони коснулись щек, заставляя резко дернуться, глаза открылись, пытаясь сфокусироваться на фигуре передо мной. Кто-то прислонил к губам бутылку, из которой я жадно выпила половину и только потом смогла рассмотреть того, кто сидел рядом.

– Ты? – Размытый взгляд уловил белую футболку, взволнованные черные глаза, остановившиеся на мне.

– Я пришел, Лу, пришел, – проговорил тихий голос, осторожно приглаживая волосы, мелкая россыпь невесомых поцелуев прошлась по лицу, будто он тоже не верил в реальность происходящего. Кто-то освободил мои руки и ноги, заставляя почувствовать, как кровообращение возвращалось в конечности в полном объеме. Голова кружилась, я приподнялась со стула и почти сразу рухнула на колени рядом с ним, цепляясь пальцами за его предплечья.

– Ты пришел. – Ладони скользнули выше, ощупывая голые руки, шею, щеки, покрытые легкой щетиной. Это выглядело как сон, ощущалось как сон. И я не верила в то, что Аарон был реален.

– Да, птичка, – ласково отозвался Тайфун и тихо зашипел от боли, когда моя рука скользнула на больное плечо.

– Прости, – прошептала я.

– Идем домой, Лу.

Я только кивнула.

– Хорошо, что ты пришел. – Чьи-то руки аккуратно подняли меня, поставив на ноги.