Я просто обалдеваю, насколько мне с ней легко, хотя, в общем-то, мог бы это предвидеть. Ведь это же она. У меня с ней всегда все получалось по-другому, с первого дня нашего знакомства, когда одни лишь ее рассказы о всяких там художественных стилях и кисточках помогли мне снова начать дышать.
К тому же видеть, как округляются ее глаза и ей вдруг нечего мне сказать, по-своему привлекательно. С одной стороны, мне довольно обидно, потому что она явно намекает на то, что считает меня ограниченным и неспособным проявлять к ней интерес… романтический… или сексуальный. И это довольно паршиво, ведь я еще как заинтересован в ней – и в том и в другом плане. С другой стороны, эта ситуация может сыграть мне на руку. Фактор неожиданности важен в любой игре, и мне кажется, что в данный момент у меня есть шанс застать Лювию Клируотер врасплох.
Я также анализирую разные нестыковки, как, например, тот факт, что она больше не рисует. Здесь явно что-то не так. Зацепка – неестественное поведение Лювии при любом упоминании этой темы, хотя обычно она легко врет. То есть мы все, разумеется, можем не хуже актеров разыграть ту или иную роль в определенные моменты жизни. В детстве все мы лепим разные небылицы, как куличики из песка; в подростковом возрасте – городим еще больше… родителям, учителям… А Лювия всегда умела мило морщить носик и лить слезы, чтобы добиться своего.
Но я-то вижу, как выбивают ее из колеи вопросы о живописи, и это дает мне понять, что за этим кроется нечто очень серьезное, причем настолько, что даже ее театральные таланты не могут скрыть проблему полностью.
Сегодня наша последняя ночь в Йеллоустоне, и Винанти получает наконец добро провести ночную прогулку. Туда кроме нас записались молодожены и папаша с сынком.
Днем она везет нас в городок Вест-Йеллоустон, который, в полном соответствии со своим названием, живет почти исключительно за счет туризма, источником которого служит национальный парк. В городе есть музей Йеллоустона, театр Йеллоустона, образовательно-тематический парк о дикой природе Йеллоустона… и немалое количество магазинов туристского снаряжения, где можно взять напрокат или купить все необходимое для пешего похода.
Винанти уверяет, что в стоимость тура (которую я до сих пор безуспешно пытаюсь выведать у своей бабушки, опасаясь спросить напрямую) включено абсолютно все, что требуется для выживания на базовом уровне. Поскольку я очень сомневаюсь, что у нас с Гигантскими Сосками совпадает понимание концепта выживания, то, едва мы въезжаем в город, я выскакиваю из машины первым.
Условия задачки: нам не понадобится ни палатка, ни спальные мешки, питание тоже входит в стоимость. Воспринимаю это очень серьезно и начинаю кидать в корзину все остальное. Туристские коврики, ветровки, фонарики, аптечку первой помощи, солнцезащитный крем и – самое главное – туалетную бумагу.
Слышу перешептывание Лювии и бабушки за спиной.
– Так что, притворимся, что все в порядке? – шепчет Лювия. – Сделаем вид, что у него нет нервного срыва?
– Так будет лучше, – заверяет ее моя бабуля. – Спокойнее.
Не обращаю на них внимания. Терзаюсь сомнениями, какую упаковку взять: из четырех рулонов или из шести, когда из-за плеча выглядывает Лювия.
– Ты что, собираешься прикупить бумаги для наших задниц на целый месяц? Я-то думала, что мы идем в поход всего на одну ночь.
Кидаю упаковку из шести рулонов в корзину, которая и так уже переполнена.
– Еще спасибо скажешь, когда приспичит посреди ничего.
– Под «посреди ничего» ты имеешь в виду экскурсию, запланированную и организованную туристическим центром, который точно знает, сколько нас и где мы ночуем?
Самое ужасное, что слова Лювии звучат весьма разумно, чего нельзя отрицать, но это не заставляет меня признать ошибку.
– Ты забыла включить в это уравнение Винанти.
Киваю на упомянутую. Та стоит в проходе между полок с фильтрами для воды, ведя горячую дискуссию с продавцом о понятии чистой воды и почему оно должно быть признано дискриминационным.
Лювия вздыхает.
–
Поскольку ее признание моей правоты нервирует меня еще сильнее, прихватываю также швейцарский нож и аэрозольный репеллент – против комаров и медведей.
Ночная пешая прогулка начинается сразу после наступления темноты, в полвосьмого. К пункту сбора все пришли вовремя, и я с некоторым облегчением вздыхаю, увидев, что Винанти явилась не одна, а в сопровождении
Рейнджер – молодой парень, на вид ненамного старше меня. И хотя на голове у него – широкополая шляпа, типичная для рейнджеров, из-под нее на спину спускается длинная темная косица. Представляется он как Тайен, что значит «молодая луна», и поначалу чувак мне очень нравится, но ровно до той минуты, пока не начинает улыбаться Лювии так усердно, словно снимается в рекламе зубной пасты.