Облачаться пришлось тщательно. На ноги тёплые штаны с мехом изнутри и большие сапоги, на голову шапку. Ещё был свитер, шарф и толстая шуба.
– Может, мне просто обратиться в волчицу?
– Я бы хотел видеть твоё лицо, Ронни, – ответил Грэй мягко. – Твоё человеческое лицо.
Я подчинилась и надела всё, что он мне дал, став при этом похожей на меховой мячик.
А потом, когда мы оба были готовы, Грэй достал откуда-то странного вида цепочку, обернул её вокруг наших запястий, тщательно завязал и дёрнул за одно из звеньев.
И пол ушёл у меня из-под ног…
Когда мы ехали из Арронтара в Лианор, Грэй рассказывал мне одну легенду. О море Скорби я знала, но никогда не слышала об озере Счастья.
– Ну что ты, – говорил он мне тогда, – всё должно уравновешиваться. Если есть скорбь, должно быть и счастье.
– Но скорби вон – целое море, – смеялась я. – А счастья – одно озеро!
– Зато какое это озеро!
И теперь я согласилась с Грэем. Действительно – какое это было озеро!
Озеро Счастья находилось в Гномьих горах, на севере Эрамира. На самом крайнем севере. Никто не знал, что дальше этих гор, потому что никто ещё их не проходил. К самому озеру, говорят, можно выйти при должном упорстве, а вот дальше…
– Здесь всегда зима, когда у нас лето, – сказал Грэй тихо, положив ладони мне на плечи. – И наоборот. А сегодня единственная ночь в году, когда на небе появится Сияние.
– Сияние?
– Да. Увидишь. Совсем скоро.
Я глубоко вздохнула, и в носу моментально всё замёрзло. Действительно очень холодно, не зря он меня одел.
Мы стояли на небольшом горном плато, далеко вперёд простиралось заснеженное пространство, и воздух вокруг нас был лёгкий, хоть и морозный, он пах снегом и хвоей. Само озеро оказалось замёрзшим и ослепительно-синим, с белыми разводами. Словно ледяной мрамор.
А ещё этот лёд как будто чуть светился изнутри. И я чувствовала, что это место такое же волшебное, как мой Арронтар. Здесь тоже было своё Сердце, и оно билось… И каждый его удар рождал в моём собственном сердце волну сладкой боли.
Небо над этим местом было не чёрным, а тёмно-синим. Но звёзд почему-то не наблюдалось. Только горы, покрытые снегом, казавшимся сейчас, ночью, голубого оттенка, и озеро, которое и ослепляло, и успокаивало одновременно.
– Как же красиво, Грэй…
Я почувствовала щекой его улыбку.
– Да, Ронни.
– Ты был здесь раньше?
– Нет, не был. Это подарок нам с тобой… от Эллейн. Она искала это место очень долго. Летала здесь в своём птичьем обличье, а когда нашла, сделала артефакт переноса для тебя и меня.
– А…
– Тсс. Смотри.
И я послушно замолчала, потому что… потому что я никогда не видела такой красоты…
Словно кто-то рисовал по небу, как по холсту, широкой невидимой кистью, захватив ярчайшие краски. И каждую секунду они менялись: сияние то вспыхивало красным, то угасало в оттенках зелёного, то разгоралось оранжевым пламенем.
Я смотрела на него, открыв рот… и плакала. Я не могла понять, почему плачу, но слёзы эти приносили облегчение. А в груди пекло, как в печке, и хотелось… хотелось…
И я сделала то, чего мне так хотелось: обернулась и уткнулась лицом в Грэя, обняла обеими руками и застыла, ощущая на талии его ладони даже сквозь шубу.
– Ронни… пожалуйста, будь моей женой.
Я задержала дыхание.
– Прости меня за всю боль, что я тебе причинил. Я долго не понимал, чего хочу. Но теперь знаю. Я хочу, чтобы ты была рядом. И чтобы ты была счастлива. Но если это невозможно… Если ты не сможешь быть счастлива рядом со мной… Ронни, я отпущу тебя.
Я подняла голову и посмотрела Грэю в лицо. На его коже играли блики от Сияния, расцвечивая её в разные оттенки. А в глазах отражалась я. Я одна.
Если бы меня спросили, что такое любовь, когда я жила в Арронтаре, я бы никогда в жизни не смогла ответить на этот вопрос. Но теперь я знала, что это такое. Я видела любовь в глазах Грэя. И чувствовала её внутри себя самой.
«Если ты не сможешь быть счастлива рядом со мной»… В этом и было дело. В желании сделать счастливым того, кого любишь. И я тоже очень хотела, чтобы Грэй был счастлив. Я хотела видеть его улыбку и слышать его смех. Я хотела наблюдать, как растёт Эдди, как он становится похожим на своего отца. Я хотела держать их за руки и знать, что они – мои.
Так же как я – их.
– Грэй, – негромко сказала я, глядя ему в глаза, – прежде чем я отвечу на твоё предложение, ты должен кое-что обо мне узнать. И если ты не передумаешь…
Он улыбнулся, поднял руку и погладил меня по щеке.
– Я слушаю, Ронни.
Я говорила несколько часов, не отрывая взгляда от лица Грэя. Я рассказывала о своём детстве, о предательстве Джерарда, о снах с Дэйном, о любви к Нарро…
Обо всём.
Рассказала я и о том вечере, когда ко мне пришла Араилис вместе с браслетом Эллейн. Рассказала о дуэли с Риландом, о стремлении Лорана убить собственного отца и о той ночи, когда мы с Нарро были близки. Я должна была рассказать, иначе это было бы нечестно. Ведь я знала о Лил, и Грэй должен знать всё о Нарро. И не только о нём.
Я закончила, когда Сияние давно перестало раскрашивать небо в яркие краски. Приближался рассвет.
