Он стоял возле окна и смотрел на светящийся огнями город, и его белая рубашка выделялась в темноте комнаты белым пятном.
Обернулся, услышав мои шаги.
– Ронни? – Голос его звучал глухо и хрипло.
Я не ответила – просто бросилась навстречу. Подбежала, обняла изо всех сил, уткнулась носом в грудь, вдохнула родной запах…
– Я был слеп… – шептал Грэй, стискивая мою талию.
– Тише, тише… – Я целовала его шею в расстёгнутом вороте рубашки, подбородок, тянулась к горько изогнутым губам.
– Он ненавидел меня всю жизнь. Мой друг… И убил мою жену…
– Тише…
– И чуть не убил Эдди… И тебя…
– Тише… – Я провела рукой по его волосам, прижалась щекой к губам…
– Ронни… – выдохнул Грэй, захватив моё лицо в плен своих ладоней. – Если бы он отнял ещё и тебя…
– Грэй… – Я улыбнулась, приподнялась на носочках и потёрлась о его нос своим. – Никто не отнимет меня у тебя. Никто, слышишь? Я обещаю.
Он застыл, вглядываясь в мои глаза. Застыл, вслушиваясь в мои чувства, которые я не хотела скрывать от него. И никогда не захочу.
И, поняв это, Грэй наклонился и поцеловал меня. Так нежно и трепетно, как ещё не целовал. Горячая ладонь легла на плечи, невесомо погладила их, затем спустилась на спину, по пути расстёгивая крючок за крючком. Я повела плечами, помогая платью спуститься вниз и упасть к ногам. Перешагнула его и подняла руки, когда Грэй потянул вверх нижнюю рубашку.
И застыла на месте, чувствуя, как горит кожа под его взглядом.
Он целовал меня одними глазами. Целовал шею, грудь, живот, ноги и даже пальцы на ногах. Целовал так, будто никогда не видел ничего более прекрасного.
– Как же ты красива, – выдохнул он, и я засмеялась. Шагнула вперёд, помогая ему снять рубашку, потянулась к пряжке ремня, но не успела ничего сделать – взмыла в воздух, оказавшись у Грэя на руках.
– Ты моя, – шепнул он, легко касаясь моих губ в нежном поцелуе.
– Твоя, – подтвердила я.
Я не закрывала глаза, продолжая смотреть на Грэя и своё отражение в его зрачках. Отражение обнажённой женщины, чью кожу ласкал лунный свет и которая казалась мне удивительно прекрасной.
Я не знаю, почему тот сон приснился мне именно тогда. Наверное, я была готова к нему? Не знаю.
Сначала я услышала шёпот. Этот шёпот был похож на голос ветра в кронах деревьев моего Арронтара. Я старательно пыталась понять, что же он хочет сказать… и наконец мне это удалось.
Разве я могла отказать Арронтару?
Солнце, такое яркое, что слепит глаза, но по-осеннему не жаркое; трава, пока ещё зелёная, но в некоторых местах немного жухлая. Запах начинающих увядать листьев.
Я смотрела.
Они шли по лесной тропинке впереди меня. Он – высокий, с седыми волосами и широкой мощной спиной, в которую я однажды вцеплялась выпущенными когтями до горячей крови, и она – маленькая тоненькая женщина со светлой косой и ярко-жёлтыми глазами. Она держалась за его локоть и семенила рядом, а он пытался приноровиться к её шажкам.
Я улыбнулась. Они помирились. Всё-таки помирились.
Я была рада за Лирин. Да, я узнала её. И пусть она теперь выглядела иначе – всё же это была та самая Лирин, сказавшая мне, что Дэйн умер, потому что для неё это было именно так.
Впереди показалась деревня белых волков, и она сильнее вцепилась в локоть Нарро. Он поглядел на неё и ободряюще улыбнулся.
Я вздохнула и продолжила путь, стараясь смотреть только на них, а не по сторонам. Но дартхари и его сестра шли вовсе не к дому моих родителей – они свернули на другую улицу, маленькую и узкую, и зашагали теперь уже по ней.
– Ты уверен? – донёсся до меня негромкий вопрос Лирин.
– Уверен, Лири.
Они говорили спокойно, но я чувствовала, что оба напряжены. Интересно, куда они идут?
Маленькие деревянные дома, покосившиеся заборы, шаткие калитки, заброшенные огороды… да, я знаю эту улицу. Я пряталась здесь иногда. Тут жили в основном старики и очень слабые оборотни-анта.
Но… было что-то ещё. Точно было… Только я никак не могла вспомнить, что именно. Хмурилась, тёрла лоб, глазела по сторонам – но вспомнить не получалось.
Вспомнила, лишь когда мы подошли к тому дому. Это было… десять лет назад? Кажется, да. В тот день, когда Джерард впервые бросил в меня камень. Тогда я побывала здесь. Спала в одной из комнат, а наутро ушла, даже не спросив, почему они спасли меня. Да, их было двое, но я совершенно не помнила их лиц.
Нарро и Лирин остановились возле калитки, и старший советник позвонила в колокольчик.
– Иду, иду, – услышала я чей-то хриплый голос.
Так он сказал тогда… Именно так. Но зачем мы пришли сюда?
Калитка отворилась, и на пороге возник старик. Увидев, кто перед ним, он охнул и схватился за сердце.
