У неё болело сердце. Постоянно. Лирин знала, что так будет, но не ожидала, что это окажется настолько мучительно.
Сердце в очередной раз кольнуло, как иголкой, и по щеке медленно сползла крошечная слезинка. Налетевший вдруг ветер прикоснулся к лицу Лирин невидимыми пальцами, словно пытался высушить слёзы, но девушка не обратила на это внимания, потому что из-за поворота показалась усадьба дартхари.
Лирин глубоко вздохнула, вытерла глаза рукавом и зашагала вперёд ещё быстрее.
– Добрый день, уважаемые зоры, – обратилась она к стражникам усадьбы. – Могу я видеть первого советника?
– Вам назначено? – прищурился один из оборотней. Лирин покачала головой.
– В таком случае назовите имя и цель визита, зора, и я передам советнику Рэнгару, что вы приходили.
Она только открыла рот, чтобы начать уговаривать стражников пропустить её в усадьбу, как вдруг с крыльца послышался спокойный голос советника:
– Не нужно, Брэнт, я приму эту юную зору.
Несмотря на сильную боль в сердце, Лирин почувствовала облегчение, когда советник кивнул девушке и, отвернувшись, зашагал в усадьбу.
Лирин много раз видела Рэнгара, но никогда не говорила с ним лично. Чёрный волк, он был советником более шестидесяти лет. Сначала вторым, а потом и первым. Рэнгар был уже стар, лицо его покрывала сеть мелких морщинок, волосы давно поседели. Невысокий, но крепкий, он не был сильным оборотнем.
Советник привёл девушку в свой кабинет и, усадив на диван, приказал явившемуся слуге налить Лирин чаю.
– О чём вы хотели побеседовать со мной?
Она на секунду замешкалась.
– Я хочу стать советником.
Чашка в руке Рэнгара тихонько звякнула.
Он поднял глаза и несколько секунд молча рассматривал Лирин.
– Сколько вам лет?
– Пятнадцать.
Он усмехнулся.
– Знаете, сколько раз в жизни я слышал подобное? Я хочу стать советником… Вы представляете, что это значит?
– Представляю, – прошептала Лирин, но старый оборотень не услышал её, продолжая говорить:
– Беспрекословное подчинение приказам дартхари. Никакой личной жизни. Совсем никакой, понимаете? У вас просто не будет на неё времени. Клятва Верности… Вы знаете, что это такое? Если дартхари скажет «иди», вы пойдёте. Если повелит умереть, вы умрёте. И разорвать эту клятву очень сложно. Дартхари меняются, советники остаются… Вы понимаете?
– Понимаю, – ответила Лирин уже громче и твёрже.
И что-то в её голосе и взгляде заставило Рэнгара остановиться и посмотреть на девушку, слегка прищурившись. Она отличалась от всех, кто приходил к нему с той же фразой: «Я хочу стать советником». Он не видел в ней жажды власти и тщеславия.
– Как тебя зовут?
– Лирин.
Несколько секунд Рэнгар ещё размышлял, а потом всё-таки кивнул.
– Хорошо. Приходи каждый день к девяти утра. Стражников я предупрежу. У тебя будет несколько лет, чтобы передумать.
С губ девушки сорвался едва слышный вздох облечения.
– Чему ты радуешься? – поднял брови Рэнгар, вставая с дивана. – Советники не принадлежат сами себе.
Лирин встала следом и, улыбнувшись впервые за эту неделю, тихо сказала:
– Я и так не принадлежу сама себе, зор Рэнгар.
И, коротко поклонившись, вышла из кабинета.
– Завтра я уезжаю.
Услышав это заявление из уст Аравейна на восьмой день его пребывания в доме Форса, Дэйнар искренне опечалился. За прошедшее время юноше начало казаться, что такое беззаботное существование продлится вечно.
– А когда ты вернёшься?
– Пока не знаю.
– Он кот, который гуляет сам по себе, – усмехнулся Форс, разливая по чашкам горячий, обжигающий губы чай. – Вернётся, когда захочет. Или когда придёт время.
Дэйн кивнул, взял в руки протянутую чашку и задумчиво посмотрел в тёмное небо.
Был поздний вечер, и они втроём сидели в саду дома Форса, постелив на траву лёгкое покрывало. В вышине постепенно загорались маленькие, но яркие звёздочки.
– Смотри, как сегодня хорошо видна Аррана. – Аравейн достал из кармана трубку, раскурил её и выпустил в воздух колечки дыма.
– Да-а-а, – протянул Форс. – Интересно, это хорошо или плохо?
– Аррана? – Дэйнар глотнул чаю и запрокинул голову. – Это ведь звезда-покровительница Арронтара? Я никогда не мог найти её в небе. Где она?
– Понятно, что не мог, – произнёс Аравейн. – Ты никогда не выезжал из земель оборотней, а увидеть Аррану там нет никакой возможности. Во-о-он она, самая яркая звезда сейчас.
В тот миг, словно расслышав слова беловолосого мага, звезда замерцала, и Дэйнар моментально заметил её.
Аррана действительно была самой большой звездой на небе в эту ночь. И свет, шедший от неё, был мягким и ласковым.
– Я всегда думал, что это просто сказка. Ну, про звезду. У оборотней много сказок и легенд, я полагал, Аррана – одна из них.
Аравейн, загадочно улыбаясь, выпускал в воздух колечки серебристого, пахнущего чем-то пряным и древесным дыма.
– Аррана намного больше, чем просто легенда, Дэйн, – наконец сказал он тихо. – Намного больше… Ты ведь знаешь историю возникновения Арронтара?
Юноша нахмурился.
– Я точно читал об этом, но, честно говоря, помню плохо.
Аравейн понимающе кивнул, словно и не сомневался в ответе Дэйна, а потом повернулся к Форсу:
– Расскажешь?
