В голосе дерева прозвучала угроза, но я все же пискнула:
– Но как же…
– Забыли! – угрожающе проворчал он, и я умолкла.
Божество вздохнуло с видимым облегчением.
– Ты не покинешь Заповедных земель, Эя. По крайней мере, пока это не входит в наши планы…
Я насупилась. Не слишком приятно, между прочим, когда участвуешь, оказывается, в чьих-то планах, а тебя в них еще и не удосуживаются посвящать…
– Когда женщины свободного народа присоединятся к тебе, скажи им, что получила посвящение. И разрешение на жизнь в любой из стай.
– Что это значит? – отважилась пискнуть я.
– Значит, что за тебя будут биться самые сильные волки. За право назвать тебя своей… с… спутницей, – в последний момент нашелся Велес. – Пришла пора оживать пророчеству. Недолго осталось темным силам думать, что они могут властвовать в мире Макоши.
– Но я не хочу спутницей, – все же возразила я, но меня не очень-то послушали, Велес даже раздраженно махнул на меня веткой. А я думала, боги стоят выше эмоций…
– Передай Вилле, что бой назначен на отсутствие луны. Это время, когда звери максимально ослаблены, – зачем-то пояснил он мне.
– Почему? – снова пискнула я.
А Велес вздохнул:
– Потому что должен победить сильнейший.
Они нашли меня на рассвете, когда мир окутало зябкое, робкое спокойствие, по зеркальной глади воды скользили озорные клочки тумана, малявки попрятались по своим норам, ночные птицы успели вернуться в дупла и гнезда, а дневным еще рано было вставать. Исчез и Велес, могучий, таинственный Велес, обернувшийся деревом, чтобы не пугать меня, но не внявший моим мольбам и обрекший меня на жизнь среди оборотней… Точнее, дерево, которым он оборачивался, никуда не делось – оно осталось стоять там же и оставалось таким же круглым и разлапистым, все с тем же дуплом и прилепленным к стволу гнездом сойки.
Притулившись спиной к дереву, почему-то это место мне показалось наиболее безопасным, я ощутила, что ствол, переходящий в могучие корни, теплый и мягкий, словно обитый бархатом. Я сидела и думала о своей нелегкой доле, как выбраться из Заповедных земель и вернуться к Андре… то есть к его светлой памяти, когда Вилла потрясла меня за плечо.
– Сколько можно спать, Эя? – недовольно пробурчала она. – Вставай уже и расскажи нам, что поведал тебе Велес.
– Вот именно, Эя! – раздался звонкий голос Лил. – Между прочим, это нечестно! Нам же интересно!
– А дрыхнуть до обеда еще и вредно, – добавила Фосса.
Мои ноздри заманчиво защекотал запах жареного мяса, потянуло ароматным дымом.
Лил возразила:
– Вредно дрыхнуть вместо обеда. Эй! Нам, между прочим, еще домой чапать. Набирайся сил!
Я с неохотой открыла глаза, приподнялась, опираясь на руки, и заняла прежнее положение, упершись спиной о теплый ствол дерева.
Вилла уселась рядом, скрестив на груди руки. Брови нахмурены, взгляд исподлобья. Видно, что очень ждет, что я расскажу о разговоре с Велесом, но допытываться или хотя бы повторить просьбу, попахивающую приказом, ниже ее достоинства.
Лил разложила на земле круглые зеленые листья-тарелки, рядом в землю воткнуты походные фляги-рожки. Из одного – я принюхалась, чтобы убедиться, что не показалось, – доносится волшебнейший из ароматов – запах свежесваренного кофе. Как же им не терпится! Даже кофе сварили!
Над догорающим костром на импровизированном вертеле нечто румяное, с золотистой поджаристой корочкой, судя по виду и аромату, страсть какое сочное и свежее…
Фосса рядом, с подветренной стороны, чистит кинжал, видимо, она и добыла наш завтрак или, судя по солнцу – как быстро я научилась ориентироваться по нему за неимением под рукой песочных часов! – обед.
Стоило мне подняться, как глаза всех троих буквально впились в меня.
Я поджала губы, обводя их взглядом, и выпалила на одном дыхании:
– Велес сказал, что я могу возвращаться домой, и ваш долг – проводить меня и помочь мне добраться до своих!
Вилла и Фосса поморщились, а Лил хихикнула.
– Не прокатит, Эя, – сказала она и подмигнула, – мы знаем, что ты получила посвящение, и теперь ты – одна из нас. Так что колись давай, что
– Ну вот, – пробормотала я. – А могло бы прокатить!
– Не могло бы, – отрезала Вилла. – Просто потому, что Велес не мог отправить тебя к людям после того, как сам повелел доставить тебя сюда.
– Ах вот как! Вот кому я обязана! Что же вы сразу не сказали, у нас с ним вышел бы совсем иной разговор! Проклятая деревяшка, трухлявый пень!
Моей горечи и негодованию не было предела.
– Велес предстал перед тобой пнем? – с любопытством спросила Лил, и Фосса сверкнула на нее желтыми глазами.
– Скажите «Б», раз уже сказали «А», – попросила я, – Андре… тоже он… приказал… убить?
Голос дрогнул, я обхватила себя за локти, зябко передернув плечами.
– Нет, – сказала Вилла. – Он приказал доставить тебя. Точнее, он просто сообщил нашим, что пришло время оживить пророчество, но сама возможность этого под угрозой. Промедление в день-два – и возможность эта может погибнуть.
– Это обо мне? – хмуро спросила я.
Вилла кивнула.
