Когда Даня успел положить руку мне на плечо и притянуть к себе, я не поняла, но раскраснелась. Последовало несколько вспышек, потом Даня убрал руку, и все принялись за еду. Михаил предложил сыграть в крокодила, и все дружно поддержали затею. Не могу вспомнить, когда я в последний раз столько смеялась.
Паша, на мой взгляд, был профессионалом в игре. А когда Анна загадала Андрею Кулакову слово, тот побледнел, а потом начал изображать нечто, похожее на пузатого демона, – выяснилось, что Анна загадала ему Милену. Бедного Андрея чуть не проткнули шампуром. Мне Милена понравилась своей открытой агрессивностью в совокупности с искренней добротой и любовью к друзьям. Странные чувства овладевали мной в тот день. Будто я попала на телепередачу «Почувствуй себя частью настоящей семьи». Я любила дедушку, и нам хорошо было вдвоем. Мы понимали друг друга с полуслова. Но иногда, особенно в день рождения, Новый год и другие праздники, меня одолевали мечты о такой компании, как у Красильникова. О дружной семье, которую выбрали не по крови.
Завидовала ли я? Возможно. Я была слишком мала, чтобы контролировать избыток эмоций и впечатлений. Слишком юная, чтобы понять, что не все живут так, как им хочется. Многие просто делают то, что должны.
Каждый раз, когда Аглая подходила и заботливо поправляла мне волосы, подкладывала мне что-то на тарелку, когда она собрала здоровенный контейнер с едой, чтобы я поделилась с дедушкой, холод внутри меня, который заморозил чувства после ухода матери, сковывал все сильнее. Я так надеялась, что переросла обиду, но оказалось, что мне все так же недостает ее. Нет, не этой женщины, которая бросила меня и свекра-инвалида. Не хватает тех мелочей, которые способны привнести в жизнь только матери: плетение косичек, сказки на ночь, походы по магазинам, материнские объятия и напутствия, искренняя забота, защита и любовь вопреки всему.
Опустим мои страдания и вернемся к Красильникову. Солнце окончательно спряталось в гуще темных угрожающих туч. Веселье поутихло, но мы с ребятами продолжали играть в вышибалы.
– Так, дождь собирается, – заметил Владимир, – может, в дом пойдем, кино включим? Места всем хватит!
Даня отказался, чем удивил меня. Что-то шепнул Сашке на ухо, отчего та скромно хихикнула и убежала в дом. И вот мы остались одни.
– Ты ведь не хочешь смотреть фильм в компании этой оравы? – хмыкнул он.
– Может, и хочу. Зависит от того, какое у тебя предложение, – я скрестила руки на груди.
– Хотел пройтись, подальше отсюда. Знаю одно место, где мы сможем укрыться от дождя.
Я не знала деревню вдоль и поперек просто потому, что не было надобности обходить каждый ее уголок. Я с детства тот еще домосед. Так что Даня в очередной раз заинтриговал меня.
– Пойдем.
– Я возьму контейнер с едой, секунду.
Даня положил его в пакет и вышел со мной за территорию участка.
Мы пошли в сторону спортивной площадки на правой стороне. По пути обсуждали всякие пустяки, пытаясь узнать друг друга получше, хотя у меня уже сложилось впечатление о Дане, исходя из фактов. Так бы выглядела его анкета:
Возраст: 15
Любимые цвета: красный, черный и синий
Любимое время года: зима, лето
Любимая еда: бабушкины пирожки, мамина паста, борщ и мои оладушки
Хобби: баскетбол, пробежки, спортивный зал
Любимые исполнители: J. Cole
И так далее. Я знала и о его мечте – стать полицейским.
– А зачем идти в колледж при МВД? По-моему, можно отучиться несколько месяцев и сразу работать в полиции, – спросила я, когда мы вышли в поле, разделяющее нашу деревню и соседний поселок.
– Хочется подняться повыше, – повел бровями Даня.
– Если ты хочешь помогать людям, как отец, почему не идешь пожарным?
– Бесспорно, это тяжелая профессия. Но я себя там не вижу. Ведь помимо горящих зданий нас окружают и другие опасности – люди. А ты… – Даня запнулся, подбирая слова. – Ты когда-нибудь думала о том, кем хочешь стать?
Вот оно. Моя «любимая» тема для разговора.
– Не было времени на подобные думы. Я хочу, чтобы с дедушкой все было хорошо. Этого мне достаточно.
Начался дождь, мелкий, но противный. Гром бабахнул так громко, что мы пригнулись. Небо вспыхнуло, и сразу три молнии сверкнули на севере, северо-востоке и север-западе, ослепив розовым светом.
– Ого! – вздрогнула я.
Мы натянули капюшоны, Даня взял меня за руку и повел налево.
– Что там? – спросила я, когда мы подошли к лесной чаще.
– Увидишь.
Мы пригнулись, чтобы пройти под низкими и густыми ветвями деревьев, и нырнули в чащу. Я заметила, что на некоторых деревьях были накарябаны стрелочки, по ним Даня и вел меня. Когда мы подошли к толстому дубу, покрытому мхом, Даня остановился.
– Ты хотел удивить меня дубом? – хихикнула я.
– Посмотри наверх.
Я подняла голову. Кроны деревьев укрывали от дождя, а прямо на дубе, высоко в ветвях, находился шалаш. Обогнув дерево, я увидела прибитые деревяшки-ступеньки, ведущие к небольшому домику.
– Папа сделал нам с Сашкой. Далеко от дома, да, зато дуб очень прочный. У нас там в основном березы, – сказал Даня.
