Еще секунда, и Даня обхватил ладонями мое лицо, приникнув к губам. Мука скрипела под пальцами, но нам было все равно. Все вдруг встало на свои места. Наши сплетенные руки, рваные вдохи. Мне хотелось коснуться каждой частички его тела, и я шарила руками по спине Дани, прижимая его к себе, хотя, казалось бы, ближе некуда – так сильно он сжал мою талию в своих руках. Легким движением он подхватил меня и усадил на столешницу, тоже припыленную мукой.
Глаза в глаза – нерешительно и в то же время уверенно я трясущимися пальцами сняла с него кофту и задохнулась вновь, увидев обнаженное, смуглое, идеальное спортивное тело. Кончиками пальцев ощутила неровность на спине – след от давних ожогов. Даня нетерпеливо стянул с меня кофту и бросил в коридор. Он пальцами надавил на голую кожу вокруг талии, отчего перед глазами заплясали звезды. Я положила руки ему на грудь и, увидев, каким взглядом он осматривает мое тело, затряслась еще сильнее. Не похоть искрилась в его глазах, а восхищение, страсть, опьянение. Радужки потемнели, а пальцы до боли впились в тело, и тогда он снова потянулся за поцелуем. Его губы касались моих плеч, щек, шеи, медленно опускались к груди – тогда я подумала, что не выдержу таких ощущений.
Даня вдруг остановился прямо у лифа и посмотрел на меня, словно прося разрешения. Моим ответом стали впившиеся в его спину ногти. Не мешкая, Даня расправился с лифчиком и провел пальцами по набухшим от желания соскам. Я опрокинула голову в стоне, и он коснулся их языком, отчего я готова была закричать что есть сил, но удержала порыв, яростно воткнув ногти в его спину.
Опустив мои брюки, он принялся за свой ремень. И в тот миг, когда наши тела соединились, когда я ощутила его внутри, тело мое испытало столько чувств, сколько, мне казалось, не переживет ни одно сердце. Сжав мои ягодицы, Даня ускорился, не отрываясь от моих губ, а я отстранялась, только чтобы повторять его имя, покусывая шею от переизбытка эмоций.
Когда все закончилось, я не могла стоять на ногах. Я не ощущала пола, а тело казалось тяжелым, точно бочка с водой. Как раз, когда Даня ушел в душ, прозвенел таймер. Я уже и забыла о мясе. Забыла о том, что до смерти проголодалась, потому что аппетит пропал, а сознание и каждая клеточка тела наполнились новыми блаженными ощущениями.
– А вот и ужин, да? – криво улыбаясь, вернулся Даня.
– Ты еще голоден? – еле дыша, спросила я.
– Ох, как голоден, – томно ответил он, увлекая меня в объятия.
– Дай мне отдышаться, пожалуйста, не то у меня случится инфаркт.
– А что я? Я и говорю, пора бы поужинать!
Ужин, кстати, получился вкусным, как никогда. А может, дело в обостренных чувствах. Мне даже лампа кухонная светила ярче обычного. При беглом взгляде на Даню живот скручивало от неугасавшего желания. Он, в отличие от Витали, который после секса предпочитал повернуться на бок и храпеть, поглаживал мои бедра под столом и активно рассказывал об учебе. Жаль, что в этот момент мой мозг с трудом воспринимал услышанное.
Виталя. Он украл мой первый поцелуй и первый раз. До случайной встречи с Даней я была уверена, что у меня нет другого выбора, кроме как остаться в итоге с Виталиком и стать женой военного. Нарожать лопоухих детишек и ждать его из очередных командировок. Слушаться, лелеять, обхаживать. Короче, быть деревенской девчонкой с типичной для деревни судьбой. Дед пару лет назад признался, что мать выдали замуж за моего отца, потому как она все ходила в девках. В деревне так было не принято, а в город она уехать не могла – у нее семья была бедная настолько, что даже скотом толком не обзавелась. Ее отец все пропивал, а мать терпела побои и не в состоянии была ухаживать за хозяйством.
Но мой отец любил ее по-настоящему. Может, у него не сносило крышу при виде нее, но он честно заботился о ней и обо мне, дал ей все, на что только был способен. Но, видимо, это оказалось не тем, что было нужно матери. Пока отец строил жизнь вокруг нас и планировал общее будущее и второго ребенка, мать искала пути отхода. Она стремилась обрести свободу, новую жизнь вдали от деревни.
Когда наблюдаешь за такими семьями, когда растешь в таком обществе, сюжеты фильмов и книг кажутся сказочными. Мысли о столице, о мужчине, которого выберет сердце, а не деревенская община, кажутся нереальными.
И вот я смотрю на Даню, и сердце мое заходится от счастья. Страх наступает на пятки. Имею ли я в конечном счете право на то, чтобы быть с ним, любить его? Готова ли я рискнуть и отбросить мысли, что меня снова бросят?
Но пути назад уже нет. Даня поймал мой пристальный взгляд, не смутился, а крепко сжал руку, лежащую на столе. Да, пути назад нет. Только что я отдала свое сердце в последний раз.
– Думаю, тебе потребуется помощь с уборкой, – наевшись, я обвел глазами кухонную вакханалию.
– А я тебя и не выпущу, пока не уберем все вместе, – серьезно заявила Агата.
