Она сидела справа от меня в спортивной кофте и нижнем белье, покрытая мукой и легким, здоровым румянцем. Волосы разметались, как после бури, и в этой естественной позе Агата была прекрасна и сексуальна. Впрочем, как и всегда.
– Сейчас принесу тряпки, – вскочила она и убежала в ванную, а потом вернулась с ведром и тряпками.
Мы начали оттирать полы и полки, обмениваясь колкостями и шутками. Происходящее казалось сюрреалистичным – так хорошо было на душе, что даже страшно. Тяжело удержать в руках счастливое мгновение.
– Нас бы тоже следовало отмыть, – заметил я, лукаво ухмыляясь, за что получил шлепок тряпкой.
– Ладно, ты прав, у меня все волосы извалялись и превратились в тесто.
Тут зазвонил телефон Агаты, мне было проще до него дотянуться, поэтому я успел прочесть имя «Виталик» на экране.
– Прости, я быстро! Не обижусь, если ты тут без меня все закончишь, – подмигнула она.
Я продолжил водить тряпкой, но тихо и медленно, чтобы подслушать разговор. Да, мне любопытно, и что с того?!
– Привет, Виталь! Все хорошо. Да…
Я грел уши, пытаясь оттереть забившуюся в щели муку.
– Может, завтра? Потом я выхожу на работу. Да, о которой говорила. Сегодня я…
Что-то во мне взбесилось и укололо, так что я поступил по-детски, крикнув:
– Милая, а где у тебя кофе?
Агата, словно фурия, выглянула из спальни и угрожающе сдвинула брови.
– О, это Даня. Ага… Виталь? Хорошо.
Когда Агата вернулась, я закончил с полом и поменял воду. Оставалось совсем чуть-чуть, если не считать нашу одежду, тела и волосы.
– И что это было?
– Так, где кофе? – парировал я.
Пробормотав что-то нечленораздельное, Агата включила чайник и достала банку кофе.
– Вы… дружите? С Виталиком? – спросил я как бы невзначай.
– Все сложно, – Агата увидела мой удивленный взгляд и тут же исправилась: – Нет-нет, мы не вместе, если ты об этом!
И она поведала мне обо всем, что произошло между ними за последние годы. Сказать, что я был зол – ничего не сказать, но показывать это было ни к чему – мы жили своими жизнями. Узнав, что этот Виталик помогал Агате, когда та сломала руку, я даже испытал благодарность и чуточку уважения. Может, не такой уж он и мудак, каким показался на первый взгляд. Но слушая Агату дальше и прибавляя в уме количество его звонков, я понял, что никогда не был навязчивым. Виталя – олицетворение навязчивости. Неужели Агата этого не замечала?
– В общем, мы друзья, и я очень благодарна ему за все, что он сделал, – подытожила Агата. – Ура! Мы все отмыли!
– Кроме себя, – игриво подметил я.
Агата, улыбаясь, как довольная, сытая кошка, взяла меня за руки и дернула с пола, а потом молча повела за собой в ванную. Мы разделись и встали под струи теплой воды, изучая друг друга. Я вымыл ей волосы, массируя голову, Агата же легкими прикосновениями растерла мое тело. Смывая ягодный гель для душа с ее тела, я позволил себе размять ей шею, а затем ладонями накрыл пышные груди и тут же напрягся, услышав ее тихий стон. Она прижалась ко мне спиной, бедрами давя прямо в промежность, и я не смог противостоять этому натиску.
После, когда мы вышли из запотевшей ванной комнаты, Агата вручила мне фен.
– Когда теперь увидимся? – спросил я.
– Спишемся, хорошо? Я почти привыкла к этим частым сообщениям. Пришлось смириться с тем, что я больше не могу дойти до соседнего участка, чтобы позвать Настю на прогулку, – вздохнула Агата.
– Технологии поработят тебя, не сомневайся, – фыркнул я, одеваясь. – Ладно, тогда мне пора, иначе усну за рулем. Разморило меня.
Мы переминались с ноги на ногу, а потом одновременно рухнули друг другу в объятия. Я запустил пальцы в ее влажные волосы и глубоко вдохнул их аромат. Хотелось помнить его как можно дольше. Прямо сейчас расставание, пусть и всего на пару дней, казалось противоестественным, несправедливым.
– Это нормально, что я уже скучаю? – прошептала Агата, и я чуть не лопнул от прилива нежности. Что со мной стало?!
– Более чем.
Спустившись, я побрел по сугробам к машине. И обомлел, увидев ее.
Все четыре колеса были спущены.
Агата
Проводив Даню, я испытала дикую тоску, но не решилась предложить ему остаться. Квартира показалась еще более пустой, чем прежде, но я обняла себя за плечи, вспоминая наши объятия, и закружилась по комнатам, как ненормальная.
А потом меня напугал звонок в дверь.
– Даня?! – ахнула я, увидев его, присыпанного снегом, на пороге.
– Эти десять минут разлуки оказались слишком тяжелыми, – как-то натянуто улыбнулся он.
– Что-то случилось? Проходи скорее.
Даня рассказал про колеса, и мне потребовалось присесть.
– Не переживай, я вызвал эвакуатор, но во сколько он приедет – не знаю. Конечно, если хочешь, я могу подождать в машине и…
– Еще чего! Холодно там? – Я схватила его за руки и отпрыгнула. – Ух, ты весь промерз! Сейчас заварю чай.
– Спасибо. Извини, что беспокою.
– Дань, прекрати. Ничем ты меня не беспокоишь. В конце концов, это я тебя зазвала в такую даль, а ты еще и без колес остался. Страшно подумать, сколько денег с тебя сдерут. Значит, ты поедешь в шиномонтаж?
– Нет, ты что, бессмысленно. Они отгонят машину к моему дому, нужно колеса менять.
