Жан-искусник переступил порог и оказался во дворе трактира. Разумеется, с заряженным арбалетом, надо же охранять девчонку. Интересно, чем она думает? Уж точно не головой, как и все хорошенькие девицы. Начала зар-раза наводить красоту, когда времени считай не осталось.
А-а, вот и она… Чинно вышла на крыльцо с видом пай-девочки и небрежным кивком ответила на почтительные поклоны.
Та-а-ак…. Жан закусил губу. Даниэль похоже переборщила чуток, впору сдаваться без промедления. Или предложить сдаться Мадлен, а что — неплохая идея! Э-эх, Великого бы сюда… Шарль бы им такого наговорил, сразу оружие положили. И ещё отсыпали серебра.
Трактирщица на сей раз пришла без доспехов — уже хорошо — разве что с кинжалом у пояса. Да нет, скорее с коротким мечом, сразу не разберёшь, при её-то росте… Маленький Ксавье в новеньком тесноватом костюмчике с мученическим видом томится возле матери. Чуть было не улизнул, поближе к лошадкам, но Мадлен привычно придержала его за загривок.
Городские стражники — целый десяток! — уже заняли позицию у ворот, между прочим запертых наглухо! Окольчуженные, при мечах и арбалетах. Не без зависти поглядывают на своего командира, что успел пристроиться рядом с Мадлен.
Давешний конюх смотрит на десятника зверем, но уж это забота Мадлен. Разберётся не позже вечера, а вполне возможно и раньше.
А десятник, мельком глянув на Даниэль, ошарашено уставился на его доспехи. Жан усмехнулся. Не иначе решил поиграть в угадайку. Оно и понятно, доспехи сняли с пажа — похоже родича герцога — сам Хуан выбирал. Да и арбалет штучной работы, он золота не жалел, так что подойдёт и наследнику владетельного барона. Не случайно многоопытный Андреас так старался зазвать их в замок. И челядь туда же — мальчишка беззвучно выругался — видно раньше, в полутьме не обратили внимания.
— Рыцарская конница за воротами? — спокойно вопросила девчонка.
— …
— Или панцирная пехота. А то стражников что-то маловато для моего эскорта.
— Благородная изволит шутить. — Бравый десятник покрутил ус. — Вы не проясните участь гонца его светлости? Господин барон с меня шкуру снимет и вывесит на воротах. Или того хуже — отправит к его высочеству.
— И моей племянницы! — пробасила Мадлен.
— Я уже всё сказала, — невинно улыбнулась девчонка. — До заката их будить не советую, не иначе перебрали за ужином.
Мадлен переглянулся с десятником, тот согласно кивнул.
Матушка что-то зашептала в ухо Ксавье, подтолкнула мальчика за загривок, и ребёнок волей-неволей двинулся к сиятельной Даниэль, почти что девушке по его-то меркам…
— Что тебе на сей раз, маленький плутишка? — добродушно приветствовала мальчика Даниэль.
— Мне это… — ребёнок оглянулся на мать.
— Что это?
— Это самое… — чуть продвинулся наследник хозяйки.
— А подробнее?
— Предсказание! — наконец решился мальчишка. — Я надеюсь получить предсказание, — Ксавье заученно поклонился, не разгневать бы ненароком волшебницу.
— Интере-есно… — Даниэль неспешно оглядела присутствующих, особо задержавшись на стражниках. Полный рябоватый десятник поправил шлем и браво вытянулся во фронт, подавая пример подчинённым. Предсказательница благосклонно кивнула — Выходит ты из них самый смелый, — подвела итог Даниэль.
— Правда-правда? — недоверчиво осведомился ребёнок — Господин десятник ещё осенью схватился с медведем, даже мама и то поверила! Пол-зимы его бесплатно поила… Ой! — мальчишка боязливо покосился на мать. — Он мне сам шрамы показывал, сразу видно от медвежьих когтей!
— То с медведем, а то со мной. — Госпожа предсказательница приосанилась. — Как, по-твоему, есть разница?
— Э-э… — мальчишка без промедления отступил, чего доброго задаст стрекача.
Не пугайся, Ксавье, сегодня я добрая, — чуть смягчилась волшебница. — Пока снова не разозлюсь, тогда кое-кому заблеять придётся. — Даниэль со значением глянула на хозяйку трактира.
Мадлен в свою очередь придвинулась поближе к десятнику и опустила забрало шлема.
— Я надеюсь получить предсказание, — с непритворным почтением напомнил Ксавье, — пока вы… не соизволили разозлиться, — нашёл нужную формулировку ребёнок. — Мама сколько раз повторяла, что вы не сможете мне отказать.
— А по делу?
— Ой, простите, высокочтимая! — шалопай сломался в поклоне. — Ма-а, зачем спрашивать о старом Бертье, он нам ту лавку всё равно не продаст.
— Короче!
— Только вы смеяться не будете?
— Чтоб мне лопнуть! — торжественно пообещала волшебница.
— Карменсита ко мне вернётся? — наконец собрался с духом Ксавье.
— Ну-ка, ну-ка? — оживилась девчонка.
— Мы с ней целовались по-честному целых полгода. А потом… она слишком уж быстро вытянулась, словом, стала выше меня, — с несчастным видом закончил Ксавье.
Даниэль откинула золотисто-рыжую гриву и сняла с шеи знак предсказательницы. Серебряная сова мирно легла на ладонь.
— Довольно мяться, Ксавье, ты же мужчина!
— Мама тоже так говорит, — мальчик шумно вздохнул, — только почему-то не всегда получается.
— Ну?
Ксавье как-то обречённо кивнул, — с благородными лучше не спорить — и ладошка легла на ладонь.
— Жжется!
— Не ври, всего лишь печёт, — рассеянно отозвалась девчонка.
— А долго?
