Я надела новенькую выбранную Адрианом яркую футболку (на сей раз бирюзовую) и задумалась. Может, спуститься в казино и поболеть за него? Я понимала, что ему будет приятно увидеть, как я взбодрилась, но толпы гостей отеля и игроков пугали меня. При одной только мысли о таком количестве народа у меня щемило в груди. Мне безумно хотелось вернуться к нормальной жизни, но я пока оказалась совершенно не готова к некоторым вещам. Для меня шоком стала простая возможность включить телевизор и узнать о тех или иных событиях, которые происходили, пока я находилась в центре.
Журналисты сообщали новости с равнодушным, скучающим видом: наверняка у них никто не отнимал четыре месяца жизни.
Но я поставила перед собой новую цель – освоиться с современным положением дел, и, запаковав вещи, уселась с Прыгуном на диван. Каким будет наш следующий шаг? Начиная с этого момента нам с Адрианом надо колесить по штатам, заметая следы. Увы, как ни неприятно мне было это осознавать, перед нами встал извечный выбор мороев. Те постоянно думали о том, как спастись от стригоев: отправиться в густонаселенный город или, наоборот, затаиться в пустынной местности. Оба варианта имели свои плюсы и минусы.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Кинув взгляд на дверную ручку, я убедилась, что табличка «Просьба не беспокоить» отсутствует. Мы повесили ее на нашу дверь вчера вечером. Я затаила дыхание – вдруг стучавший поймет свою ошибку и отправится по своим делам. Через пару секунд стук повторился, и женский голос произнес: «Уборка комнат». Мне все стало ясно. При доставке еды в номер вам, конечно, вежливо постучат и просто оставят поднос в коридоре, а вот гостиничные горничные будут стоят на своем. Я опасливо подкралась к закрытой на цепочку двери и осмелилась посмотреть в глазок. Увидела молодую улыбчивую женщину, одетую в униформу отеля. Она казалась доброжелательной, и я даже ничего не заподозрила, подумав, что табличка могла упасть.
Но вдруг самым краем глаза я заметила какое-то движение. Сбоку от горничной колыхалась темная тень, явно ей не принадлежавшая. Она шевельнулась опять, и я догадалась, что в коридоре находится еще один человек, отошедший в сторону. А может, и не один. Я тихо попятилась и прошептала заклинание, превратившее Прыгуна в статуэтку, которую я мигом положила в сумку с одеждой. Окно в спальне оказалось чересчур маленьким – сбежать через него не имело смысла. В гостиной была стеклянная дверь, открывавшаяся на узкий балкончик… третьего этажа!
Я направилась к нему, мысленно прикидывая в уме варианты. Что ж, их было немного. Наш номер выходил на парковку – внизу не было ничего, что бы смягчило падение. Однако под моим балконом находился другой – и я попыталась оценить, сумею ли в своем нынешнем состоянии туда перелезть. Полгода назад я бы сразу заявила: «Да». Сейчас я сильно сомневалась в успехе предприятия.
Пока я лихорадочно размышляла, на парковку въехал громадный черный внедорожник. Из него выбрались двое мужчин в темных очках и встали так, чтобы меня видеть. У одного оказалась гарнитура: похоже, он с кем-то переговаривался.
Вероятно, он обращался к группе захвата, которая караулила меня в коридоре, потому что стук стал настойчивее. А еще они перестали притворяться, будто это уборка:
– Сидни, мы знаем, что ты здесь. Не усугубляй свое положение.
Я услышала, как в замок вставляют ключ-карту, однако когда они попытались открыть дверь, цепочка ее удержала. Я кинулась в небольшой холл и обнаружила, что в щель чуть приоткрывшейся двери смотрит чей-то глаз.
– Тебе некуда деваться, Сидни.
– Скажите типам на улице, чтобы быстрее отходили от машины! – заорала я.
Я выбежала на балкон, взяв по дороге один из тех амулетов, которые мне передала миз Тервиллигер. Поскольку почти вся работа была сделана уже при создании колдовской вещицы, для активации достаточно было простеньких чар. Я проговорила нужные слова – и швырнула амулет в сторону внедорожника, сопроводив его в дорогу вспомогательным воздушным заклинанием, которое усилило его полет. Не знаю, заметили ли мужчины опасность или получили приказ от коллеги, но они отбежали и рухнули на землю прежде, чем внедорожник взорвался. Я пригнулась, морщась от ударной волны и радуясь тому, что никто из людей не пострадал.
