Вижу Север, что брыкается, сопротивляется, молча и сосредоточенно, и на сотрясение воздуха силы она не тратит. Выкручивается и к зданию бросается, но… за волосы её хватают, вырывают белоснежные пряди вместе с болезненным всхлипом и к машине отбрасывают.
Не глядя.
И в хромированный бок монстроподобного джипа Север врезается, падает на утоптанный грязный снег, пытается встать, но руки у неё дрожат.
Разбиты губы.
— Отпустите её, — я выверяю и голос, и слова, что в звенящей от бешенства голове отыскиваются с трудом.
Заставляю себя не смотреть на Квету, а… отстраниться, сосредоточиться на двух бугаях, которые Север глупо пытаются заслонить, сделать вид будто всё… нормально.
Вот только ненормально.
И водительская дверь в тишине ночи хлопает особенно громко.
— По-тихому девчонку можно было уломать? — третий поклонник Севера спрашивает недовольно, огибает машину.
Смотрит на меня, как и остальные.
— Шёл б ты, парень, отсюда… — тот, что откинул Квету, советует дружелюбно, улыбается не менее дружелюбно.
И ножом поигрывает.
— Целее ведь будешь, — второй сообщает заботливо.
Подхватывает уже не вырывающуюся Ветку, пытается засунуть её в распахнутую машину, но Андрей вырастает чёрной тенью, как из-под земли, сбоку, и бьёт молча.
А я ударяю первым дружелюбного.
Выбиваю нож.
И тело переключается на инстинкты, отточенные движения и рефлексы.
Отклониться.
Разорвать дистанцию.
А после ударить.
Раз, но точно, быстро и сильно.
Как учили.
Отключить и связать, заглянуть в глаза, что задурманены, округлены, похожи на совьи, а потому повышенную активность и выносливость объясняют. Отбрасывают вопрос почему они решили увести с собой понравившуюся девушку, забив на возражения самой девушки, здравый смысл и закон.
— Кокс? — Ник подходит беззвучно, накидывает мне пальто на плечи, и интересуется он замороженным голосом.
Редким для него.
Специальным и грозящим неприятности.
— Скорее мет, — я возражаю.
Вытираю руки, встаю, и переглядываемся мы хмуро. Почему пропустили подобных идиотов и когда они накачались Нику узнавать придется. Узнавать и сильно надеяться, что толкать дурь начали не в клубе.
Впрочем, это будет потом, а пока следует дождаться полицию со скорой, коих, тихо матерясь, вызвал Ник. Ответить на все вежливые вопросы, оставить закорючки на протоколах и во враз опустевшем клубе Ветку найти.
Отыскать в кабинете Ника, где маячит и встревоженная Данька, возится с компрессом и льдом, которые не особо помогают.
Поэтому встречать этот Новый год Север будет опухшей красавицей.
