Серебряный лебедь полностью

– Я не имею в виду ничего плохого, просто это правда.

– Ничего страшного, – шепчу я, опуская ломтик картофеля в соус. – Я просто хочу, чтобы они обо мне забыли.

– Так, с костюмами мы разобрались, – говорит Татум по телефону, пока я открываю кран в душе, – ты спросила Картера, сможет ли он поставить наши палатки?

В ванную заходит Нейт. У него растрепанные волосы, и единственное, что на нем надето, – белые боксеры Calvin Klein. Не глядя в мою сторону, он идет прямо к раковине и выдавливает пасту на свою зубную щетку.

– Мэди?

– Что? – спрашиваю я, глядя в пол. Ни одной подколки от Нейта? Это на него не похоже. Я снова смотрю на него через зеркало. Он чистит зубы, его глаза встречаются с моими, но на этот раз они словно смотрят сквозь меня. С Нейтом такого никогда не было.

– Извини, да, Картер сказал, что поможет.

– Ладно.

Нейт прекращает чистить зубы, не сводя с меня взгляда. Ополоснув зубную щетку, он кладет ее обратно в стакан.

– Мне нужно идти.

Как только я кладу трубку, Нейт выходит, захлопнув за собой дверь. В чем, черт возьми, его проблема? Решив, что я не хочу морочить себе голову, я подхожу к двери и щелкаю замком.

Втирая душистую пену в кожу, я закрываю глаза, и ко мне возвращаются картины той ночи, когда они остановили меня на темной дороге. Мое дыхание учащается, грудь поднимается и опускается. «Хочешь сыграть в игру, котенок?» Грубый материал их масок царапает мою кожу. Защищайся или беги. Защищайся или беги. Беги. Моя рука скользит от пупка к внутренней стороне бедер. «Ты же знаешь, что хочешь этого, котенок», – отчетливо слышу я тягучий голос Бишопа. Хочу.

Скользнув рукой между бедер, я вставляю внутрь палец. Постанывая и запрокидывая голову, я ласкаю себя, ухмылка Бишопа вспыхивает в моих воспоминаниях. Его прикосновения, то, как он исследовал мое тело, пока я не чувствовала ног от удовольствия. То, как он провел языком по моей киске, а затем добрался до клитора.

Я беру мыло и намыливаю свой палец, а затем подношу его к своему клитору, представляя, как по нему скользит опытный язык Бишопа. Мои глаза зажмуриваются, ноги сжимаются, и тело взрывается от удовольствия, пока мной овладевает оргазм. Медленно открывая глаза, я краснею. Не могу поверить, что я только что это сделала. Я ненавижу его, так какого черта он меня все еще заводит? Хотя я знаю, что с ним все было не по-настоящему? Я опять облажалась?

Возможно.

Выйдя из душа, я быстро вытираюсь и одеваюсь. В доме подозрительно тихо, обычно я не обращаю на это внимания. Но с тех пор, как я живу здесь, это кажется странным – дело в Нейте, который совсем не умеет быть тихим.

– Хорошая же из него нянька, – бормочу я про себя, выходя за дверь и обнаруживая, что машины Нейта нет на парковке.

Из-за двери появляется Сэм:

– Мэди, тебя нужно сегодня отвезти в школу?

Я качаю головой.

– У меня сегодня поход, помнишь?

Сегодня вечером мой отец и Елена возвращаются домой из поездки, так что я не собираюсь возвращаться домой после похода в библиотеку. Думаю, я переоденусь в раздевалках для девочек и потренируюсь до закрытия школьного спортзала. К тому времени, как я приеду на место, которое, по всей видимости, не является настоящим кемпингом, будет уже около полуночи, но я надеюсь, что его будет чертовски легко найти.

– Да, точно. Ты взяла все, что нужно?

– Да, Сэмми, у меня все есть.

Я спускаюсь по лестнице, сжимая в руках свою спортивную сумку.

– Увидимся в воскресенье! – кричу я ей.

– Ой! Мэди! – зовет Сэмми, и я оборачиваюсь.

– Что?

Она подходит и сует мне в руку ключи.

– GMC здесь нет. Он в ремонте, что-то не так с топливным насосом.

Она качает головой и снова смотрит на меня.

– Тебе придется взять Aston Martin твоего отца.

Я непонимающе смотрю на ключи в своих руках.

– DB9? – меня трясет. – Ни за что. Он убьет меня.

– Ничего подобного. Он сам попросил меня передать, чтобы ты взяла его машину.

Я в ступоре.

– Это шутка? – я оглядываюсь вокруг. – Папочка любит меня, но явно не настолько.

Сэмми смеется, поворачивается и машет мне рукой.

– Удачи, Мэдисон.

Я усмехаюсь. Папа разрешает мне взять DB9? Это настолько нереально, что после такого я готова поверить даже в пришельцев. Это не имеет никакого смысла. Я подаю сигнал разблокировки, сажусь на водительское сиденье, включаю первую передачу и еду в сторону школы.

Я опаздываю. Снова.

– Мэдисон, мне казалось, что мы уже обсуждали ваши опоздания? – сердится мой учитель физики мистер Бэррон, оглядывая меня с головы до ног.

Мистер Бэррон – один из тех учителей, которые держат учеников в ежовых рукавицах, но никто не имеет ничего против. Он молод и красив, и вы не будете возражать, если он отшлепает вас, пока вы зовете его папочкой.

Боже, Мэдисон.

Легкая щетина, клетчатая рубашка и хорошо сидящие джинсы. Мистер Бэррон по-настоящему горячий, поэтому я инстинктивно краснею под его взглядом.

– Извините, на этот раз я действительно не виновата. Было много машин.