Его друг направился в столицу, чтоб отстоять свое право на нормальную жизнь… на жизнь без преследований и постоянных побегов.
Но он слишком верит в людей, в их доброту и хорошие качества. И он слишко верит в справедливость — в то, что она вообще существует… какая непозволительная роскошь для этого мира!
Джас криво усмехнулся: уж он-то за годы своей службы давно уяснил что к чему! Никому нельзя верить, ни на кого нельзя полагаться.
Верить сейчас можно только фактам, а не людям. Доверься человеку, и ты проиграешь.
Где-то на краю сознания он чувствовал, что Мак тоже не привык полагаться на других.
Этот чёртов целитель, который когда-то учился с ним в Высшей школе чёрной магии, привык справляться со всеми трудностями сам. Ну и пусть! Он всё равно ему поможет. Безучастно смотреть на происходящее он не будет.
Есть тут одна идея, что можно провернуть в столице… Для начала он зайдет к своим давним знакомым — семейной паре, которая служит во дворце. Юджин и Фелиция должны быть в курсе всех дворцовых событий. А дальше уже будет действовать по обстановке.
На мгновение Джас спохватился и задумался.
Вспомнил, как четыре года назад собственными глазами он видел обугленную, будто выжженную кислотой землю, где за секунду до вспышки взрыва стоял… его школьный друг — тот самый Мак, которому он сейчас собрался помогать.
Всё выгорело в радиусе десяти метров от него, лишь он один остался жив! Подоспевшая полиция установила, что Максимиана Фейна не было на месте преступления. И он действительно обнаружился совершенно в другой части двора школы, куда взрывная волна даже не докатилась. Без травм, без повреждений, без следов сажи на лице и запаха гари на одежде. Только и без сознания тоже.
Как он там оказался и что на самом деле произошло?
Только один Джас знает ответы на эти вопросы. И то, лишь частично.
За секунду до взрыва он увидел нечто невообразимое… Нечто такое, о чем потом не смог никому рассказать, потому что усомнился в реальности увиденного, и подумал, что ему никто не поверит.
Может, зря не рассказал?.. Кто знает, может, расскажи он всё как есть, не завертелась бы эта цепочка с обвинениями и преследованиями Мака?
Поскольку Джас рассказал только о части увиденного — лишь то, что он видел Мака в центре магической вспышки, но не рассказал о другом, возможно, самом важном, его друга обвинили в организации взрыва и убийстве двух человек, их одноклассников… и забрали до выяснения всех обстоятельств. А потом он просто пропал. Из участка полиции. Из страны. И из его, Джаса, жизни.
И теперь, всё, что происходит сейчас — все посыпавшиеся на Мака, как из рога изобилия, мыслимые и немыслимые обвинения — это лишь закономерные последствия его, Джаса, поступка.
Где-то рядом громко прокричала птица. Командир отряда магов поднял голову и увидел нежно голубое небо. Туман вокруг дороги рассеялся и уже вовсю светило солнце.
В душе, однако, было совсем не солнечно. Но сегодня в ней появилась надежда.
«Ты не справишься с этим один! Но я сделаю всё, чтобы помочь тебе. Пусть даже мне придётся потерять репутацию…»
— Что, командир? О чём Вы?
Джас повернул голову и наткнулся на недоумённый взгляд Кристола.
Кажется, он сказал последнюю мысль вслух.
***
Ариана
Зеркало отразило бледное испуганное лицо в обрамлении светлых волос.
Щеки осунулись, а под глазами залегли чёрные круги — неизбежное последствие двух бессонных ночей.
Но сейчас это не имело значения.
Она только что увидела сцену «похищения» Даеннира. Вот как, значит… Значит не было никакого похищения.
Почему? Почему ей не показали это раньше?..
Почему она никак не может на это влиять? Этот дар должен был усилиться после тех событий, что с ней произошли. Но видения снова запаздывают, а она не может увидеть будущее по своему желанию.
Что толку от запаздывающих видений?
Если бы она узнала это сразу… Или два дня назад… Она бы успела предупредить Мака. А теперь уже, наверное, поздно.
А ведь так уже было. Уже был момент в её жизни, когда она не успела предупредить.
События четырёхлетней давности замелькали перед глазами, воскрешенные памятью… как птицы, вылетевшие из железной клетки, где были наглухо заперты все эти годы.
Особенно больно было увидеть в воспоминаниях лицо матери — такое радостное и озаренное счастьем всего за несколько секунд до… До того, как её не стало.
Ариане исполнилось двенадцать лет, когда на полотне бытия она начала видеть знаки истинной сути вещей и зарождающегося будущего.
Это случилось, когда король Абамвер собрался в очередной раз ехать на объезд границ Северного предела, но Ариана плакала и просила отца остаться ещё на один день. Отец не внял просьбам дочери, и накануне его отъезда она тяжело заболела. Жар непонятной природы приковал девочку к постели, врачи говорили, что возможно, принцессу уже не спасти. Абамвер отложил поездку и остался во дворце, снедаемый беспокойством за жизнь дочери.
Утром того же дня, как раз в час, когда король должен был проезжать по каменному мосту над ущельем, мост попросту обрушился без всяких видимых на то причин.
