Один из самых могущественных магов конклава, темный эльф Ремир отозвал меня в сторону, сделав вид, что хочет напомнить условия для новичков… Его внимание льстило самолюбию — сам ученик легендарного Тенебриса решил уделить мне время! Ученик, который всё-таки не стал ренегатом и занимал сейчас почетное место в конклаве. Сначала он сказал то, что я и так знал: сегодня особый день, все три луны, белая, черная и серая будут в зените, и поэтому маг, который выбрал Свет, может попросить помощи у белой луны, маг равновесия — у серой луны равновесия, а маг, выбравший Тьму, без сомнения, получит поддержку от луны Тьмы. Я высказал благодарность за то, что он мне это напомнил, и за то, что маги конклава так позаботились о нас, новичках — Испытания всегда проводятся как раз в такие дни, когда все три луны в зените, чтобы каждый, выбирая цвет мантий, мог получить ещё и поддержку.
А дальше начало твориться нечто, что разрушило все мои представления о благородных и заботливых магах конклава.
Люциан не делал никаких движений, как не делал и пауз в своём рассказе. Но с этого момента Мак слышал его голос будто бы издалека, а порой вообще не слышал… и видел всё происходящее словно находясь внутри истории, глазами самого Люциана.
Он увидел себя стоящим в каком-то круглом зале, в который через высокие окна лился мягкий дневной свет. Очевидно, это и была одна из комнат или даже один из этажей Башни Высшего волшебства, где проходили такие испытания. Вокруг группами или по одному стояли молодые маги, одетые в древние мантии, наподобие той, что носил Гефер.
Рядом, почти вплотную к нему, стоял высокий мужчина в черной мантии с тонкими чертами лица и черными длинными волосами. Не только тонкие черты, но и острые уши выдавали его происхождение. Мак понял, что это ученик Тенебриса — эльф Ремир. Лицо эльфа выглядело каким-то осунувшимся, под глазами были темные круги.
Мак чувствовал, что всё ещё улыбается ему — видимо, они только что говорили о том, что рассказал Люциан: он благодарил конклав магов за заботу о магах-новичках.
Неожиданно тонкая рука эльфа дёрнула его е себе и они оба оказались за толстой колонной — там, откуда, к большому сожалению Мака-Люциана, не было видно круглый стол и сидящих за ним представительных магов.
— Ещё раз спасибо за внимание и заботу, но… куда Вы меня тащите?!
Эльф быстро склонился к его уху и холодным голосом произнёс:
— Люциан, не делай этого!
— О чем Вы? — Мак отчетливо почувствовал сначала его удивление, а затем смущение, когда Люциан понял, к чему клонит эльф. — Нет, я не могу так поступить!
— Не ходи на Испытание. Возвращайся домой. Будь доволен тем, что имеешь!
— Нет! — возмущенно вскричал Люциан. — Вы думаете, я буду счастлив использовать магию лишь для бытовых целей — чистить одежду, расщеплять и трансформировать мусор… или развлекать гостей фокусами на праздниках? Нет, я хочу большего!
— За огромное честолюбие приходится платить огромную цену! Это уже доказал мой учитель.
— И награды тоже огромны! — горячо возразил Люциан. — Я принял решение.
— Мальчик, — Маку сделалось немного странно от этого слова, потому что говоривший сам имел юношеское лицо с тонкими чертами, хотя по сведениям из памяти Люциана эльфу сейчас было около двухсот лет. — Ты способнее и умнее всех, кто пришёл сегодня определиться с цветом мантий. Хоть и моложе… Как думаешь, для чего маги конклава проводят Испытание именно в такие дни — когда все три луны восходят в ночной небосвод в полной своей силе?
— Это сделано, как Вы мне сказали, для того, чтобы каждый маг мог получить поддержку своей магии от луны нужного цвета.
— Вот именно — каждый маг! Каждый, а не только новичок! Наверняка тебе известно, что мой бывший учитель Тенебрис хоть и остался без тела, но не оставил своих намерений. Оставшись без тела, он пребывает в иных планах бытия, но ему необходимо воплотиться в этом мире, чтобы продолжить начатое. И Испытания конклава магов — это отличная возможность для него выбрать себе юное тело, способное и приученное к магии. А выйти из иных планов бытия как раз и поможет его луна — луна Мрака, у которой он будет просить поддержки.
Мак почувствовал, что Люциан возмущен.
— Говорить об этом можно только в теории! — Громко выкрикнул он. — Испытания проводятся раз в семь лет, их прошли уже сотни магов, но за почти двести лет после потери тела Тенебрисом, он так и не смог воплотиться в нашем мире!
— Из источников, которые находятся не в этих планах бытия, я получил информацию, что Тенебрис будет присутствовать на сегодняшнем испытании, и что своей жертвой, своей целью для получения тела он выбрал тебя! — Эльф выпалил всё это скороговоркой Люциану в лицо, и для верности указал на того пальцем, видимо, устав выслушивать возражения и окончательно утратив терпение.
Люциан молча стоял, переваривая услышанное.
— Спасибо, что предупредили… — наконец, выдавил из себя он. — Я сильный. Я буду сражаться.
Голос его был твёрд, но на последней фразе дрогнул.
