Так или иначе, но Люциан теперь не стоял перед конклавом магов, и даже не сидел. Он полулежал, развалившись на двух креслах, составленных вместе наподобие кровати. Да и расслабленное положение его тела было таким, словно он находился не перед собранием самых сильных магов континента, а в свой спальне. Эта поза уже была знакома Маку: точно так же полулежал Люциан, закинув ноги на близлежащий камень при первом их разговоре у костра в пустыне.
Умению этого существа принимать расслабленные позы, выражающие то ли безразличие с презрением, то ли самую высокую степень доверия, можно было позавидовать.
Однако, никто из магов не осмелился выразить недовольство такой непочтительностью к уважаемому конклаву. Только застывшие лица и напряженные позы выдавали состояние большинства собравшихся.
Наконец, Филарет чуть дрогнувшей рукой взялся за лист пергамента на краю стола, развернул, и, не глядя в него, провозгласил:
— Люциан Дайз, Вам присваивается звание мага черных мантий!
— Что?.. — от расслабленной позы не осталось и следа. Кресло темного эльфа от резкого движения отъехало в сторону, а сам Люциан уже стоял перед Филаретом вызывающе глядя тому в глаза.
— Успокойтесь, сейчас Вам всё будет объяснено. Ввиду произошедшего, конклав не мог поступить иначе.
— Хорошо. Я хочу знать причину!
Люциан перегнулся через стол, почти приблизив своё лицо к лицу Филарета. Красно-черный камень на цепочке, свисающей с его шеи, маятником качнулся из стороны в сторону.
Громкие возгласы ужаса оповестили всех, что трое магов, ранее сидевших рядом с Филаретом, теперь предпочитают стоять у окна.
— Кажется, я начинаю понимать причину такого решения, — разочарованно протянул Люциан, взглянув в их побледневшие лица. — Но, уверяю, вам не о чем беспокоиться. Итак, я готов выслушать объяснения главы конклава, а потом прошу разрешить мне дать свои объяснения!
— Вам будет предоставлена такая возможность, — прозвучал строгий голос главы. — Садитесь же и давайте начнём.
Люциан не сдвинулся с места, давая понять, что послушает стоя.
— Люциан Дайз! Вот как проходило Ваше Испытание. В мираже, имитирующем… гм… — Филарет запнулся. — Прошу прощения, мираж в Вашем случае не создавался. Так, значит… Вы действовали в полностью реальной обстановке и были испытаны реальной личностью, магом по имени Тенебрис Блэйн. Ваш выбор показал склонность к крайнему эгоизму и темной стороне.
— Конкретнее, — холодно произнёс Люциан.
— Что?..
— Конкретно какие мои действия и как именно показали склонность к эгоизму и темной стороне? — выпалил Люциан Филарету в лицо.
Тот не остался в долгу: в ответ полетели громкие, словно отчеканенные фразы.
— Вы отобрали у Тенебриса темный артефакт для переселения в чужое тело! И к тому же, не отправили указанного мага обратно в Бездну, а оставили при себе, поместив в артефакт! Всё это заставляет сомневаться в чистоте Ваших намерений. И, извините меня, выглядит однозначно как действия темного мага!
— Вот, значит, как вы толкуете мои действия!
Люциан был вне себя и тяжело дышал.
— В том, что я нашёл способ защититься от чудовищного заклинания, которое могло уничтожить мою личность, при этом помешал планам Тенебриса и спас мир от его вмешательства, вы увидели лишь «отобрал артефакт для переселения в другое тело» и «оставил Тенебриса при себе»! По вашему я должен был вести себя, как покорная овечка и дать ему себя убить?!
— А как иначе мы должны это толковать? Никому из нас неизвестно, как Вы собираетесь использовать артефакт дальше! Да и самого Тенебриса вместе с ним…
— Как это неизвестно? — возмутился Люциан. — Я сам могу вам сказать! Я собираюсь оставить этот артефакт при себе, при этом как-то использовать его и его содержимое ни в коем случае не планирую! Среди вас есть маги-менталисты, которые прямо сейчас могут определить, правду я говорю или нет.
Люциан посмотрел на того самого мага в сером, который сегодня выполнял роль распорядителя и делал объявления о начале и завершении перерыва.
Острые черты лица и чуть удлиненный нос придавали этому человеку сходство с вороном, а гладкие черные волосы подчеркивали впечатление. По знаку Филарета менталист быстро поднялся со своего места, словно взлетел, и хорошо поставленным голосом произнёс:
— Проводить ментальное сканирование нет необходимости. Во время Испытания каждая мысль и каждый мотив были подтверждены Вашими действиями. Конклавом принимается решение на основании действий, а не на основании намерений.
— Поясню, — вмешался Филарет. — Даже если только что Вы сказали правду, Ваши дальнейшие намерения могут измениться. Сам факт наличия у мага темного артефакта ставит под сомнение его будущие намерения. Из-за этого для конклава оказалось невозможным дать Вам звание мага белых мантий.
От удивления у Люциана вытянулось лицо.
Под испуганные перешептывания он снял цепочку с красно-черным камнем с шеи и поднял так, что камень оказался на уровне глаз. Внутри всё так же клубилось черное облако, но на идеально ровной поверхности граней играл неясный серебряный свет. Что это?..
