Я хотела объяснить, что имела в виду, но передумала, увидев, как он сгорбился. Я и правда была идиоткой — слишком рано после того, как он потерял след кольца и снова пережил превращение, пытаться дать ему надежду. Сколько раз можно надеяться на что-то?
— Ты правда думаешь, что чародейка сможет провести ритуал? — спросил он. — Их магия так же коварна, как и они сами.
Я на мгновение лишилась дара речи.
— Мы говорим про Неву. Неву, которая любит кошачьи рисунки, грибы и учёбу, которая создала заклинание чистого света. Почему ты так говоришь?
Кабелл резко выдохнул носом.
— Ты права. Нева другая. Просто я всё думаю… Всё это случилось из-за чародеек. Ничего бы этого не было, если бы они не убили друидов.
Я прикусила губу, чувствуя привкус крови.
— Каб… Ты хочешь вернуться домой? Мы можем оставить всё это позади. Ради тебя я сделаю это в одно мгновение.
Он ничего не ответил. Кожа старой куртки Нэша скрипнула, когда он сжал руки в кулаки, сжимая её полы.
— Ты помнишь, — спустя минуту он заговорил снова, — ту ночь в Чёрном Лесу, когда Нэш устроил целый теневой спектакль, пересказывая последнюю битву короля Артура?
Я невольно рассмеялась.
— Боги, у него были просто ужасные звуковые эффекты. А его умирающий Артур… Это было кошмарно.
Кабелл хмыкнул, соглашаясь.
Это был редкий пересказ битвы при Камлане; Нэш никогда не любил финалы, особенно если в них гибли его герои. После того как Артур отправился сражаться на Континенте, его племянник Мордред узурпировал трон, вынуждая его вернуться в Британию. В битве Артур получил смертельное ранение, а почти все оставшиеся рыцари пали. Только Бедивер остался, чтобы сопроводить умирающего короля в Авалон.
Я потерла руки, пытаясь согреться. По крайней мере, сейчас Дети стали тише — день, пусть и короткий, приближался.
— Почему ты об этом вспомнил? — спросила я.
— Наверное, из-за Бедивера, — ответил Кабелл. — Думаю, сколько правды в этой истории и сколько силы потребовалось Бедиверу, чтобы оставаться здесь все эти годы. — Он сглотнул. — Ты думаешь, Нэш жалел, что отправился искать кольцо?
— Нэш никогда в жизни ни о чём не жалел, — напомнила я ему.
— Это не так, — сказал Кабелл. — Он всегда сожалел, что ушёл тем утром. Когда Белая Дама позвала тебя. Я никогда не видел его таким напуганным.
Метка у меня на груди заныла, холодным огнём отзываясь на его слова.
— В последнее время я часто думаю о Нэше, — призналась я. — Не то чтобы я этого хотела, но я чувствую его присутствие.
— Да?
— Чаще всего это истории, которые он рассказывал нам, — сказала я. — Странно, правда? Будто они ожили, как только мы оказались здесь.
Кабелл задумался. Затем, заметив, как я поёжилась, снял куртку Нэша и набросил мне на плечи.
— Спасибо, — сказала я. — Ты уверен, что самому не нужно?
— Я люблю холод, — ответил он. — Он проясняет мысли.
Я плотнее закуталась в куртку, жалея, что не догадалась надеть фланелевую рубашку перед встречей с Эмрисом.
— Как думаешь, возможно, Олуэн права, и мы действительно должны были оказаться здесь? — тихо спросил Кабелл. — Что Нэш рассказывал нам все эти истории не просто так?
— Думаю, частично он рассказывал их, чтобы объяснить, зачем мы ищем реликвии, — сказала я, — но в основном просто ради собственного развлечения.
Кабелл опустил взгляд на серебряные кольца на своих пальцах.
— Ну… может быть? — неуверенно добавила я. — Может, в этом правда есть что-то большее. Как со всеми этими историями, в которых столько разных версий, мы можем выбрать, в какую версию верить.
— И какую версию самих себя, — сказал он.
— Да, наверное, — кивнула я. — А что ты хочешь верить о себе, Каб?
Он не ответил.
— Иногда я завидую твоей памяти, — сказал он спустя мгновение. — В ней ничто не умирает.
— Твоя история ещё не закончилась, Каб, — пообещала я.
— Может быть, — тихо ответил он. — Но что бы ни случилось, ты всегда сможешь найти меня там.
Глава 35
Танец пламени был одновременно завораживающим и пугающим.
В голодные времена, когда не было оплачиваемых заказов, Нэш заставлял нас разбивать лагерь под открытым небом. Долго после того, как мне следовало бы уснуть, я лежала и смотрела, как костёр бушует и трепещет. Пыталась сосчитать искры, поднимающиеся в темноту и угасающие, словно звёзды на рассвете. А когда огонь наконец затухал, оставляя после себя лишь тлеющий пепел, я засыпала.
Сегодня, когда я вернулась в нашу комнату, Нева уже крепко спала, раскинувшись на матрасе. В конце концов, я сдалась, оставила попытки последовать её примеру и выбралась из постели. Ходила из угла в угол, надеясь, что это поможет вытрясти из головы тяжёлые мысли.
Когда и это не помогло, я устроилась в кресле перед очагом и вернулась к своему старому ритуалу, сдвинув саламандровы камни, чтобы развести небольшой огонь. Скрестив ноги, опёрлась локтём на колено, а подбородком — на ладонь. Пламя вспыхнуло, взметнувшись над холодными камнями, ослепительно-золотое.
