— Всё в порядке, — выдохнула я сквозь комок в горле. — Не двигайся. Я проверю Нив и Кейт, ладно?
Нив была без сознания, но Кайтриона уже начинала приходить в себя. Клуб пыли взметнулся из её волос, когда она встряхнула головой. Её глаза бешено моргали, пытаясь сфокусироваться на мне. Она приложила дрожащую руку к разбитой губе и открыла рот, собираясь что-то сказать, но опередил её чужой голос.
— …сказал, что с ней ничего не случится!
Я резко обернулась на источник звука, со стороны разрушенного входа в зал. Сердце с грохотом ударилось о рёбра.
Не может быть.
Ответил другой, более низкий голос:
— Я сказал, что она не умрёт. И она жива.
Сквозь завесу тумана проступили силуэты. Лица были в тени. Я вновь поднялась на дрожащие ноги и двинулась вперёд, пробираясь сквозь завалы. Перед глазами плыли тёмные пятна, но я не остановилась. Нужно было убедиться, что это не сон. Что я не умерла.
Мгла расступилась — и я вскрикнула. Радость боролась с растерянностью в груди, сжигая её изнутри: Кабелл стоял передо мной.
Живой.
Он был в незнакомой одежде. На предплечье — повязка, но в остальном он выглядел целым и чистым. Волосы были аккуратно убраны назад. Его глаза чуть расширились, когда он увидел меня.
— Как… как это возможно?.. — прохрипела я, шатаясь к нему.
Но Кабелл отступил, и выражение его лица стало жёстким. Я застыла напротив него, и эйфория, только что захлестнувшая меня, превратилась в тревогу.
Второй силуэт подошёл ближе, оглядывая меня с равнодушием. Он сбрил бороду и — у меня перехватило дыхание — на обеих его руках была кожа. Две живые, плотные руки, не скрытые железом. Он скрестил их на груди.
Но каким-то образом… это был Бедивер.
Они оба были живы.
Я обернулась к брату, чувствуя, как подступает тошнота.
— Что происходит?
Он даже не взглянул на меня — только посмотрел на Бедивера. Ждал.
— Ты… — мой разум отказывался понимать происходящее. — Ты умер. Это ритуал?.. Он вернул тебя?
Уголок челюсти Кабелла дёрнулся, но он продолжал смотреть в сторону.
— Посмотри на меня! — выкрикнула я хрипло. — Я думала, ты мёртв! Почему ты притворился? Зачем?.. Разве только…
Меня вывернуло изнутри. Я почти согнулась пополам.
— Ты имел отношение к нападению? — прошептала я. Почти умоляюще. По тому, как он дёрнулся, я поняла — он услышал. — Как ты остался жив? Как?..
Бедивер выглядел до отвращения скучающим. Ветер рвал полы его плаща, шипя и завывая между нами.
— Сэр Бедивер… — начала я.
— Я не Бедивер, — перебил он. Голос его был, как мороз — жестокий, неумолимый. — Ему досталась честь умереть первым от моей руки. Я забрал тело короля. Как и положено.
— Ты… — у меня перехватило горло, — ты… Артур?
Он улыбнулся, оскалив зубы.
— Почти. Мне был нужен облик, и его плоть подошла как нельзя лучше.
Ответ пронзил меня, осел гарью на языке.
Я отступила на шаг.
Он сделал шаг вперёд. Я снова отпрянула, и ненавидела себя за это. Ледяной холод струился от него, будто сам воздух вокруг превращался в иглы. Из тумана и теней на его голову возник рогатый венец — тот самый, что я видела на статуе под башней. Он просто появился, будто всегда был там, незримый, но неизбежный.
— Назови моё имя, — сказал он, и голос его был холоден, как лезвие ножа.
Во мне отозвались слова Мерлина:
Король Артур. Мерлин. И…
Тот, кто остался.
Ответ дал Кабелл:
— Владыка Смерти.
Он оскалился шире:
— И как же я оказался здесь, если пути между мирами были запечатаны?
Ответ сплетался у меня в голове, медленно, как нить:
— Друиды…
— Нет, — отрезал он. — Сыграем в игру, дитя? За каждый правильный ответ ты получишь ещё одну часть истории. Ошибёшься — я заберу остальные. Хочешь попробовать снова?
Сердце с грохотом колотилось о рёбра.
— Жрицы, — услышала я свой голос. — Моргана и остальные привели тебя в Авалон.
— Верно, — сказал он, и в его словах слышалась язвительная снисходительность. — В мире смертных я дал друидам знание, как обращаться к магии Аннуина — великой силе смерти. Я подумал, что женщины, наконец, готовы отказаться от своей жалкой Богини ради той же силы. Что они хотят служить мне.
— Никогда, — сказала я с яростью.
Владыка Смерти склонил голову с тёмным весельем:
— Увы, да. Они предложили сделку: если я лишу друидов доступа к магии Аннуина, то они отдадут мне нечто, чего не смог бы дать никто другой.
Вот как Моргана и остальные смогли убить друидов — не используя магию смерти сами, а позволив Владыке Смерти отрезать их от неё.
— Ты предал своих же преданных последователей? — Это выходило за пределы капризов даже самых жестоких богов. — Что тебе могло понадобиться настолько?
— Я задаю вопросы, не ты, — произнёс Владыка Смерти, и его глаза впились в меня. В них не было ни искры жизни. — Когда настало время получить обещанное, эти предательские змеи попытались уничтожить меня. Скажи мне, дитя, что происходит, когда сжигают плоть, в которую воплотился бог, и разбивают его суть на осколки? Умирает ли он?
