Серый ангел полностью

Дескать, вот факты. Откуда ему было знать, что уже на следующий день после предварительного рассмотрения вопроса, Регентский совет примет окончательное решение включить ЗУНР в состав Российской империи. То есть никакого обмана.

Что же касается дипломатических путей разрешения конфликта, то к ним прибегают государства, но никак не деревни, не сёла, не города, и даже не губернии. Меж тем Польша, как таковая, чтобы они сами о себе ни говорили, какие бы высокопарные резолюции не принимали, государством отнюдь не является. Официально она – лишь три куска территорий, принадлежащих трём разным странам, одной из которых является именно Россия.

Отсюда непреложный вывод: произошедшее является сугубо внутренним делом империи, поскольку ЗУНР вошла в её состав, а кусок, напавший на неё, и вовсе более века принадлежит России. Просто ныне проживающие там жители излишне много возомнили о себе и поэтому император решил немного поучить своих давних подданных приличному поведению…

«Урок», что и говорить, получился отменным: почти тридцать тысяч одних пленных. Иными словами, четыре пятых всей польской армии. Это не считая трофейного оружия, тысяч пулемётов и сотен пушек.

Уже через несколько дней вся Галичина оказалась освобождена. А так как заткнуть образовавшуюся дыру Пилсудскому было некем, ещё через пару суток стремительно продвинувшиеся вглубь Польши казаки Дутова оказались чуть ли не в Варшаве, вызвав панику у местных жителей…

С румынами и вовсе не пришлось воевать. Те, перепугавшись, сами успели убраться из Буковины, справедливо полагая, что моське со слоном тягаться неразумно…

– Полагаю, как оно ни парадоксально звучит, лучше всего решить давно назревший вопрос с предоставлением независимости полякам именно сейчас, на волне наших военных успехов, – твердо произнес Голицын. – Благодаря Каппелю, Дутову и Слащёву ныне такая передача станет выглядеть в глазах всего мира ни в коем случае не унизительным шагом, но эдаким великодушным жестом со стороны России. К тому же Владимир Оскарович оттяпал у них немало лишнего, есть что вернуть из занятого нашими войсками. Получится вроде жалования драной и побитой молью шубы с барского плеча. Нам ведь Варшава без надобности, да и взятый Люблин ни к чему.

– Но отчего мы вообще должны проявлять подобное великодушие? – сварливо осведомился князь Долгорукий.

– Оттого, что иное чревато затяжной кровопролитной войной, – отчеканил Виталий. – Это сейчас Пилсудскому нечего нам противопоставить. Но пройдёт всего несколько дней и подоспеют польские войска Довбор-Мусницкого из Померании. Плюс начнёт прорыв из Белоруссии и Литвы блокированная там группировка Йордан-Розвадовского. Мало того, Падеревский и Дмовский, представляющие ляхов во Франции, ссылаясь на упрямство России, уже добились в Париже согласия по отправке в Польшу так называемой Голубой армии Юзефа Халлера. Напомню, что помимо семидесяти тысяч личного состава она вооружена французскими танками и самолётами.

– Но не откажется ли господин Вильсон от своих обещаний, узнав, что Галичина останется у нас? – поинтересовался Маниковский.

– Ни в коем случае, поскольку речь велась исключительно об предоставлении независимости Привисленским губерниям, входящих в состав России.

– А что нам скажут прочие господа союзники, радеющие за объединение всех польских земель в составе одного государства? – неуверенно протянул Коковцев.

– Они придут в изумление и… промолчат, – твердо заявил Виталий. – Да, да, поверьте. Хотя бы потому, что каким-то образом воздействовать на нас им ныне нечем. Армии у них по сути демобилизованы, солдаты устали и заставить их вновь отправляться на войну, которая вроде бы закончилась, задачка ещё та. Да и ради кого? Какой-то Польши, о которой они доселе слыхом не слыхивали. Опять-таки зачем, если упрямица Россия, до недавнего времени игнорирующая все увещевания, вдруг принимает решение по доброй воле расстаться со всеми Привисленскими губерниями.

– Взамен взяв себе иные территории.

– Но в строгом соответствии с духом времени и лозунгами господина Вильсона, о праве наций на самоопределение. Скорее, они в пляс пустятся в своём Версале от радости, что всё так удачно завершилось.

– Вильсон может и пустится, коль добился своего, а остальные?

– Тоже. Поскольку непомерные претензии ляхов на Силезию, Литву, Восточную Белоруссию, включая Полесье и Подолье, не говоря уж про малоросскую Житомирщину, возмутили даже англосаксов. С учётом этого и благодаря недавнему еврейскому погрому, учинённому поляками в захваченном ими Львове[55], убеждён, что нас непременно поддержат как советники Клемансо, так и Ллойд-Джорджа.

– Тогда и впрямь есть смысл избавиться от ляхов именно сейчас, – веско подытожил Марков.

– А я о чём толкую, – развел руками Виталий.

Однако настроение присутствующих по-прежнему оставалось не ахти, и дабы подсластить горькую пилюлю, Голицын вкрадчиво добавил:

– К тому же сей отчасти вынужденный шаг весьма выгоден нам в военно-стратегическом аспекте.