Серый ангел полностью

– Запомните раз и навсегда: Англия достаточно крепко стоит на своих ногах, в отличие от России, – отчеканил он и презрительно хмыкнул. – Неужто вы всерьёз нацелились тягаться с великой Британией? С могучей империей, над которой никогда не заходит солнце?

Ухмылка настолько взбесила Голицына, что не пришлось даже терзать переносицу. Подходящий ответ мгновенно пришёл на ум.

– Последним обстоятельством я бы на вашем месте хвалиться не стал, – вкрадчиво заметил он, – поскольку солнце над вашей империей не заходит лишь потому, что господь в силу своей мудрости не доверяет англичанам в темноте. Ведь непременно у кого-нибудь что-нибудь отнимете или попросту украдёте. А кроме того, смотря где тягаться.

– Где бы то ни было, – надменно отрезал дипломат.

– Напрасно вы так решили, – загадочно улыбнулся Виталий. – Я ведь не зря сказал про подход с иной стороны. Это во Франции пара русских дивизий погоды не сделают, но если их отправить в Индию… Не знаю, не знаю. Особенно с учётом страстной и жгучей любви, кою тамошнее население испытывает к вашим соотечественникам. Притом вполне заслуженно. Полагаю, индийцы при наличии русской поддержки не упустят возможности выразить вам свою самую горячую признательность за всё, что вы с ними сделали и продолжаете делать.

Бьюкенен был настолько искушённым дипломатом, что если бы во время разговора он получил пинка под зад, то по выражению его лица всё равно никто бы ничего не заметил. Однако в этот раз хвалёная выдержка изменила ему, ибо это был не пинок, но апперкот.

К своему счастью, посол сидел, поскольку если б стоял, то, непроизвольно отшатнувшись, мог и упасть от неожиданного удара. А так он всего-навсего вжался в спинку кресла. Вжался и молчал, пристально вглядываясь в лицо Голицына и пытаясь понять, насколько блефует его собеседник.

Увиденное пугало. Получалось, либо тот – великолепный актёр, либо действительно искренен в своих словах. Во всяком случае, его взгляд оптимизма не внушал. Холодный, пристальный, словно прицеливающийся. Не глаза, а два ружейных дула, из коих явственно веяло могильным холодом небытия, ибо такие пощады не ведают и промаха не дают. С него станется и впрямь пойти на подобный шаг. Точнее, убедить в его целесообразности Регентский совет, где этот варвар – увы – играет чуть ли не первую скрипку.

А что могут сотворить в Индии две русские дивизии – не хотелось и думать. Это даже не зажжённая спичка, брошенная в пороховой погреб. Скорее, граната.

– Мне кажется, ваша нелепая и пустая угроза… – неуверенно начал дипломат, но оказался перебит.

– Увы, господин посол. Сие гораздо хуже, чем угроза. Это… перспектива. И для вашего государства весьма плачевная. Про короля и его семейство я и вовсе молчу. А насчет её нелепости вы напрасно. Сколько от нашей границы, я имею ввиду Ферганскую губернию, до Индии? Хо-хо! Каких-то два десятка вёрст по афганской земле. Делать нечего. Утром вышли, а к вечеру на месте.

– Вы не посме… – начал было побледневший посол.

– Увы, посмеем, – бесцеремонно перебил его Голицын. – Более того, уже посмели, поскольку послали в Среднюю Азию одну из дивизий. Вторая на сегодняшний день только формируется, но тоже вскоре отправится в те края.

– До нашего разговора?! – невольно вырвалось у дипломата. – Не зная, чем он закончится! Как это понимать?!

– Понимать легко, – пожал плечами Голицын, – поскольку покамест у них иная и вполне невинная цель – уничтожение Туркестанской советской республики и восстановление в тех краях императорской власти. А вот что им Регентский совет прикажет делать далее, сказать трудно. Один из вариантов… Ну вы поняли.

– А как же ваши обязательства?! – взвыл дипломат.

– А ваши? – невозмутимо поинтересовался русский варвар.

– Но у нас с Россией десять лет назад подписан договор, согласно которого вы к Афганистану…

– И что с того? – вновь перебил Виталий. – Между прочим, договор о передаче нам Константинополя с проливами гораздо свежее. Ему всего три года. Тем не менее, на ваш взгляд он уже испортился, раз его можно не выполнять. В таком случае от того, десятилетнего, вообще за версту несёт тухлятиной.

– Вы уверены, что взвесили всё? – потухшим голосом осведомился посол, отчаянно не желая брать свои слова о Стамбуле и проливах обратно и в то же время начиная понимать, что сделать это, невзирая на все инструкции, придется.

– Абсолютно, – твердо ответил Виталий.

Дипломат немного помедлил. Оставалось рассчитывать на то, что Регентский совет не согласится с этим наглецом. Пускай он – первая скрипка, однако если прочие музыканты заартачатся, то…

Но уж больно шаткая надежда. Лучше зайти с иной стороны и постараться вселить неуверенность в успехе предстоящей агрессии в нём самом.

– Напоминаю, что полагаться на силу, располагая при этом недостаточными средствами, означает самоубийство. Я к тому, что две дивизии – ничтожно мало, а найти силы на более могучий удар вам неоткуда.