Андрей пришел на работу совершенно разбитый. Явно чувствовалось приближение, а если быть до конца честным с самим собой, то уже расцвет среднего возраста. В молодости Андрею нужно было смешать вино с водкой и пивом, причем по нисходящей, а из закуски ограничиться яблоком, чтобы так отвратительно чувствовать себя на утро. А теперь просто долгая поездка и три часа сна привели его в состояние тяжелейшего похмелья. Он достал из тумбочки аспирин и съел две таблетки, запив водой из электрического чайника, стоявшего на подоконнике. В тот момент, когда две таблетки уютно устроились у него прямо в середине горла, и он безуспешно пытался протолкнуть их водой из чайника, вошел майор.
Начальник ногой развернул стул, сел на него так, чтобы видеть Андрея, положил ногу на ногу, а руки в карманы, выставив большие пальцы наружу и направив их на Андрея.
– Ты же у нас вроде как непьющий? – сурово поинтересовался майор.
– Да, – сказал Андрей неподобающе хриплым голосом.
– Понятно. Накатался?
– Да, – ответил Андрей тем же голосом, обошел стол и сел на свое место.
– Замечательно. Я очень рад за тебя, – в голосе майора чувствовалось полное отсутствие радости.
– Послушайте, – Андрею хотелось сказать, что он нарыл ценную информацию, по сути, он уже знает маньяка, ему осталось только вычислить его место жительства и арестовать.
И майор по его глазам понял, что именно это Андрей и собирается сказать. Эти идеалистические басни за тридцать лет службы ему порядком поднадоели. Как хорошо, когда у людей нет вот этих идиотских стремлений сделать мир лучше, как хорошо, когда у подчиненного одно желание – заработать побольше денег. Тогда и статистика нормальная, и дурацких историй не происходит, а главное, нет невинно пострадавших из-за неудачных попыток вершить справедливость.
В начале девяностых был у него напарник, такой же, как Андрей, повернутый на справедливости, Лешка Михалёв. Он поддался рассуждениям Лёшки о правде, истине и всей этой требухе, и они вдвоем вычислили и отправили на смертную казнь одного насильника, который, как потом выяснилось, насильником не был – его подставили. А вдова его осталась одна воспитывать троих детей. Это было еще до «шоковой терапии». Он и раньше-то сомневался в высшей справедливости, а после того случая окончательно убедился, что не в том сила, брат.
– Нет, на этот раз, ты меня послушай, – перебил его майор холодно и жестко.
Он достал из кармана сложенный вчетверо приказ об увольнении, развернул его и положил на стол перед Андреем.
Андрей быстро пробежал его глазами, чуть хмыкнув.
– Я помню, кто твой дядя, а потому меня особенно удивляет твое рвение. Ты мог спокойно сидеть и не рыпаться, – майор недоуменно развел руками. – Но тебе обязательно надо стать героем. – И добавил резко. – А мне в отделе герои не нужны. Это в кино они решают проблемы. В жизни герои проблемы только создают. Короче так. До конца месяца у меня должны быть твои три закрытых дела. Кроме маньяка. С ним потом разберемся. И вот имей в виду, я сейчас с тобой не шутки шучу. Если ты будешь продолжать ерепениться, я сделаю так, что ты уйдешь. Да, мне не хватит сноровки объяснить твоему дяде, что ты не годишься для органов, и скорее всего тебя просто куда-то переведут, но у меня в отделе ты работать не будешь. Осознал?
Майор вопросительно кивнул Андрею. Тот нехотя утвердительно кивнул в ответ.
– Вот и замечательно.
Майор сложил приказ и убрал его обратно в карман, после чего встал, развернул стул, как тот стоял изначально, и вышел из кабинета, оставив Андрея наедине с его таблетками, которые упорно сидели в горле.
Андрей посидел пятнадцать минут, ожидая, пока аспирин подействует, затем устало потянулся к папкам с делами. Дело маньяка на время отложил в сторону. Кажется, впервые в жизни он готов был сделать некачественную работу, скомкать тяп-ляп, лишь бы скорее освободиться от двух краж с одним разбойным нападением и вернуться к убийце, чтобы обезвредить эту бомбу до того момента, когда она вновь взорвется.
Одну из краж удалось спихнуть в отдел финансовых махинаций, так как там фигурировали фальшивые купюры. Слава богу, он еще не рассорился с Нелли, которая курировала отдел. Правда, эти мирные отношения нельзя было считать достижением Андрея в области самоконтроля. Просто он очень нравился Нелли, и она видела в социопатии Андрея какой-то ей одной понятный шарм. Благодаря ее извращенным вкусам, он довольно легко всучил ей дело о краже фальшивок.
Следователь занялся ограблением. Это был вооруженный захват терминала по оплате мобильных телефонов. В принципе, терминал могли тяпнуть обыкновенные наркоманы. Достаточно наведаться в гаражи к Кухарке и объяснить ей, что она неправа. Понятно, что она не занимается кражей терминалов, но точно знает, кто это сделал. Если, конечно, терминал утащили наркоши.
