Он встал и подошёл к окну. Глядя на дома напротив, светящиеся окошками, как лампочками новогодней гирлянды, он протянул:
– Да. Возможно, так и сделаю. Но я не могу отделаться от чувства, что знаю его. Не в смысле лично, – поправился он. – А в каком-то космическом смысле. Я уверен, что если увижу этого убийцу… Где угодно. В метро в час пик. Я узнаю его.
Он повернулся к Тамаре Григорьевне, которая выключила воду и с пенящейся губкой в руке внимательно слушала Андрея.
– Я уверен, – жёстко сказал Андрей. – Что он прямо сейчас готовится кого-то убить. Я не могу объяснить, откуда, но я это знаю.
Повисла тишина, после чего тёща осторожно, взвешивая каждое слово, произнесла:
– Андрей. Ты же понимаешь, что твое знание не дает тебе право арестовать его.
– Понимаю, – сказал Андрей и повернулся к окну. – Арестовать не дает.
Тёща несколько секунд смотрела на его спину, потом вздохнула над раковиной и продолжила мыть посуду.
Света открыла маленький пластиковый чемоданчик и методично убрала в отделения двенадцать пробирок с пробами воды.
Накинула белый лабораторный халат, в лифте спустилась на второй этаж.
Лаборатория, в которую она вошла, представляла собой средних размеров помещение с белыми шкафами, в которых размещались пластиковые ящики и пробирки с водой. На столах красовались микроскопы и наборы для анализов.
У входа за столом сидела девушка лет двадцати пяти, в белом халате, застегнутом на все пуговицы. Тёмные волосы были гладко зачесаны и убраны в пучок под полиэтиленовую шапочку. Она быстро печатала что-то на компьютере.
При виде Светы, девушка нажала Enter, повернулась на офисном стуле, взяла голубые полиэтиленовые перчатки, которые лежали рядом на полке, и поднялась ей навстречу.
– Привет, Оль, вот, нужен минеральный состав.
Света поставила свой пластиковый чемоданчик на стол.
Оля взяла с полки металлический контейнер и быстро переставила туда все пробирки из чемоданчика.
Затем она перешла к столу у окна, на котором в больших бутылях покоились реагенты и лежали в коробке одноразовые пипетки в индивидуальных упаковках. Оля по очереди открывала пробирки и пипетками набирала воду, после чего, на отдельном стеклышке капала на них реагентом и помещала стеклышки в устройство, выводящее на монитор таблицы. После каждой операции она делала пометки в блокноте.
Пока Оля готовилась, раскладывала пробирки и запускала прибор, Света подошла к ней и села напротив, наблюдая за манипуляциями коллеги.
– Ну, как там твой Сережа? – спросила Оля, не отрываясь от работы.
Света пригладила волосы и положила ногу на ногу.
– Не знаю. Ничего не могу понять. Позавчера сидели у него, с его другом.
– Так у него всё-таки есть друзья? – заметила Оля. – Ты говорила, он вообще ни с кем не общается.
– Ну да, я так думала. Но, оказалось, есть друг, причём вполне адекватный, даже приятный.
– И че твой? – задала логичный вопрос Оля.
– Да он как бы не мой, – смутилась Света.
– По-прежнему сторонится? – Оля смотрела пробирку на свет.
– Оль, я вообще не могу ничего понять, – пожаловалась Света. – Нравлюсь ему или нет. То он на меня смотрит волчьими глазами, меня аж в краску вгоняют эти его взгляды…
Оля оторвалась от пробирки и скептически посмотрела на Свету.
– Тебя в краску?
– Вот представь себе, – Света всплеснула руками. – Просто ощущение, что он на меня сейчас бросится. Но как только я сама начинаю к нему что-то как-то, он отодвигается, чуть ли не фыркая при этом.
Оля оторвалась от пробирок и посмотрела на подругу.
– Света, ну я не хочу тебя обидеть, но просто этот вариант тоже надо рассматривать. – она посмотрела на подругу оценивающе, чуть с прищуром. – Может, ты себе эти жаркие взгляды надумала? И на самом деле ничего такого нет?
Оля внимательно смотрела на Свету. Та задумалась, потом решительно ответила:
– Да я уже тысячу раз все это прокручивала в голове. Но это реально есть. Вот, даже пугает, серьёзно. Я, когда туфли снимаю или надеваю, он как загипнотизированный смотрит.
– Так он, наверное, фетишист? – предположила Оля, продолжив возню с пипетками.
– Ну, может быть, конечно, – не стала спорить Света. – Но я знаю, что он ко мне неравнодушен. По его взглядам, словам. Представляешь, тут на днях, попросил, чтобы я отдала ему свою пилочку для педикюра.
Оля внимательно посмотрела на Свету, потом покачала головой.
– Это ненормально.
– Я знаю. А вечером, мы сидели, смотрели кино, я решила к нему прижаться, ну знаешь, чтоб уютней было, без какого-то сексуального подтекста, а он сразу встал и ушёл.
– Да он, наверное, просто стесняется, – решила Оля.
– Ты думаешь? – Света с сомнением посмотрела на подругу.
– Уверена. Мужики сейчас вообще нереально стеснительные. У меня парень был в прошлом году, так вот ей-богу, если бы я сама в баре к нему не подошла, ничего бы не было. А он тоже сидел, пожирал глазами.
– Это Никита который?
– Не, Славик.
– Славик? Что-то я не помню… – Света нахмурила лоб. – А! Так он же тебе после той ночи и не позвонил.
– Ну, какая разница-то? – Оля раздраженно пожала плечами. – Важна сама ситуация.
