Лиза редко возвращалась раньше десяти. Он поднялся и обнаружил на кухне свою тещу – Тамару Григорьевну. Теща была приятной пожилой женщиной немного старше шестидесяти. Вопреки современным идеям, она не гналась за жизнью самодостаточной женщины, не пыталась игнорировать свой возраст. Это была настоящая бабушка, готовящая борщи, делающая заготовки на зиму и старающаяся поддерживать гармонию в семье дочери. Она обожала внучку, но ее беспокоило то, что Лиза на нее часто кричит, и девочка становится нервной и грубой. С Лизой у них были напряженные отношения. Лиза считала, что мать хоронит себя за плитой, а занятия на грядках полагала бессмысленной тратой времени. Лиза постоянно упрашивала Тамару Григорьевну начать путешествовать и вообще побольше думать о себе. Ей совсем не хотелось стать в старости такой же – скучной занудной дачницей. Тамара Григорьевна, в свою очередь, считала, что Лизе в ее тридцать пять пора перестать вести полубогемный образ жизни, тем более, что никем выше помощника гримера в областном театре она не стала. И начать больше внимания уделять мужу, ребенку и кухне. Лиза презирала подобные советы.
А вот с зятем у Тамары Григорьевны складывались прекрасные отношения. Он очень радовался, когда заставал ее, они подолгу беседовали. Теща уважала его за то, что он серьезно относится к своему делу, не халтурит, не гонится за быстрой деньгой, любит дочь и жену. В глубине души она считала, что Лиза ему не пара, ему нужна опора, женщина, которая поддерживала бы его, создавала уют в доме. Но так уж сложилось.
Когда Андрей вошел в кухню, Тамара Григорьевна как раз тушила морковь с луком для супа, бурлящего в кастрюле. Она улыбнулась зятю.
– Ой, Андрюша, хорошо, что ты пришел. Через десять минут будет суп.
Голодного как волк Андрея сия новость не могла не обрадовать. Он привел себя в порядок, переоделся в домашнее, заглянул в комнату дочки. Малышка тихо посапывала на своей кроватке, зажав подмышкой плюшевого жирафа.
Тамара Григорьевна закончила с готовкой, нарезала хлеб, чеснок, достала сметану из холодильника и поставила на стол дымящуюся тарелку, где из пурпурного озера игриво выглядывали куски мяса.
Андрей даже вздохнул от удовольствия.
Тамара Григорьевна села напротив. Потом спохватилась, приготовилась встать.
– Водочки, Андрюш?
Андрей, уже занявший челюсти перемалыванием мяса, отрицательно завертел головой.
Она подождала, пока зять прожует мясо, затем спросила:
– Лиза в театре что ли?
– Ну да. Там вроде премьера у них.
– М. А у тебя как на работе?
Андрей вдохнул, чтобы ответить, затем шумно выдохнул и покачал головой.
– Не спрашивайте, Тамара Григорьевна. Полный бардак.
– Ты так всегда говоришь, – она улыбнулась.
– Да, но на этот раз все действительно плохо.
– Что такое? – озабоченно спросила теща.
Андрей отправил в рот еще одну ложку супа, раздумывая о том, как рассказать про непойманного маньяка, да и вообще стоит ли.
– Ты можешь мне рассказать, – как будто угадав его мысли, предложила Тамара Григорьевна. – Не волнуйся, к своим годам уже разобралась, что мир не только добрыми людьми полнится.
Андрей вздохнул.
– Маньяка я ловлю. А мне мешают.
– Конкурируют? – уточнила она.
– Да если бы. Просто из тупости непроходимой, – он устало махнул рукой с куском хлеба.
– Ну, таков мир. Глупости здесь больше, чем ума, – заметила теща.
– Да, но почему? Почему так? Я хочу, чтобы в мире стало больше ума, – он смотрел на нее почти с мольбой.
– Слабо себе представляю, как ты собираешься этого добиться.
– Если бы мне не мешали… – начал он.
– Если бы тебе не мешали, – перебила его тёща, – ты бы придумал ещё какую-то отговорку, чтобы не делать те великие дела, о которых все время рассуждаешь.
Андрей виновато уставился в опустевшую тарелку.
– Наверное. Но начальник обещал уволить меня, если я немедленно не займусь другими случаями.
– Интересно, почему же он до сих пор тебя не уволил? – тёща со скептической усмешкой забрала у него тарелку. – Ну, понятно, Леонид не позволит обидеть племянника.
Андрей сложил пальцы в замок и посмотрел в сторону.
– Да нет. Не в этом дело. Жалеет дурака.
– Плох тот начальник, который дурака из жалости не увольняет. Что ж он у вас, такой размазня?
– Думаю, размазней его не назовешь, – признал Андрей.
– Значит, он тебя не увольняет по другой причине, – предположила Тамара Григорьевна.
– По какой же?
– Возможно, тоже хочет, чтобы ты нашёл этого маньяка. Просто подгоняет тебя, – она посмотрела на него вопросительно.
– Интересный метод, – саркастически заметил Андрей. – Сказать, что если я буду заниматься этим делом, он меня уволит.
– А он тебе прямо так и сказал? – удивилась теща.
– Нет, – Андрей уже не был уверен в тупости начальника. – Сказал, чтобы я другие дела закрыл, а потом уже этим занимался.
– Ну, так в чем же трудность? Закрой, чтобы и тебе и ему ничего не мешало, и лови своего насильника, – теща пожала плечами.
– Он не насильник. Он убийца, – поправил ее Андрей.
– Извини, не хотела обидеть, – тёща посмотрела на него через плечо, стоя у раковины.
Андрей усмехнулся.
